Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

promo dimagubin march 23, 2016 11:38 35
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…

Подарок Путину на день рождения: его настольная действующая модель

Никаких шуточек. Я очень серьезно отношусь к мысли о том, что Путин - это и есть Россия. Более того, я считаю, что никто из правителей страны так хорошо не выражал сущность России, как Путин. Прочие лишь затуманивали суть русскости: кто в силу идеологии, кто в силу воспитания. Путин идеально выражает Россию просто в силу того, что собственных свойств у него нет, - в чем легко убедиться на примере простейшей действующей настольной модели, которая и предлагается почтеннейшей публике в день 7 октября 2020 года, когда прототип модели одиноко и бесстрастно (и, похоже, несчастливо) перевалил на 69-й год своей бесконечно безрадостной русской жизни.

Россия: недостойное правление (однако Владимир Гельман понимает под "недостойным" не то, что вы!)

Эта моя рецензия вышла в "Деловом Петербурге". Ниже перепощиваю.



КРЕМЛЬ, КОТОРЫЙ СТРАНЫ НЕДОСТОИН

Владимир Гельман. "Недостойное правление". Политика в современной России. – Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2019.

Про Владимира Гельмана мне когда-то рассказала Екатерина Шульман. Мы обсуждали, чьи книги про современные гибридные режимы (ну, то есть книги про устройство власти в России, Турции или Тунисе) следует непременно прочитать. Понятно, что классика жанра – это Стивен Левицки и Люкан Вэй, книжка с не-вы-го-ва-ри-ва-е-мым названием «Сompetitive Authoritarianism». Далее - Беатрис Магалони, Джениффер Ганди, Дэвид Трейзман в почти неизменном соавторстве с Сергеем Гуриевым (да, тем самым: бывшим ректором РЭШ, после обысков эмигрировавшим во Францию). Ну, хорошо, любезная Екатерина Михайловна, а из наших-то еще есть кто?

И вот тут Шульман и произнесла: «Гельман». Лучший специалист по России из России. Профессор Европейского университета в Петербурге. Правда, работает в основном в университете Хельсинки и пишет про гибридные режимы исключительно по-английски.

И вот – ура. Есть книга Гельмана на русском. Купить трудно, но раздобыть можно. Издана крошечным тиражом тем же Европейским университетом, причем еще в прошлом году: простите, люди добрые, что не сообщил тут же; моя вина. И, сразу, чтобы убрать спекуляции вокруг названия: «недостойное правление» - это не в том смысле, что Россией правят негодяи. А в том, что качество управления не соответствует уровню страны. Все-таки Россия – одна из достаточно развитых стран Евразии. А тип государственного устройства – как в Африке: персоналистская электоральная автократия. У таких систем, кстати, с эффективностью проблем даже больше, чем у «чистых» автократий, которые, допустим, могут позволить провести модернизацию, не отвлекаясь на выборы и прочие демократические плюшки.

Причем неэффективная недостойная система самовоспроизводится и укрепляется, тогда как идеи реформаторов-технократов уходят в песок, а прогресс на узких направлениях (будь то космос, ЕГЭ или «Сколково»), в «карманах эффективности», неизменно оборачивается дырой в тех же карманах.

Почему так происходит, а? И можно ли ждать – и когда – перемен?

Владимир Гельман – это не громокипящая ехидина Шульман, читать его книжку трудно. Я через 250 страниц «Недостойного правления» продирался с той же примерно скоростью, что и через «Сompetitive Authoritarianism» на английском. Отчасти потому, что у Гельмана получился практически учебник, эдакое введение в мировую политическую социологию, в мировой исследовательский дискурс со всеми его «bad governance», «policy», «politics» и «benevolent dictators» (ха! - «благонамеренными автократами»). Никаких даже малейших по поводу «особого русского пути» у Гельмана экивоков нет – Россия одна из многих современных электоральных автократий, «средняя по мировым меркам «нормальная страна»… Если сравнить с распределением школьников в классе, то Россия не выглядит ни «отличницей» мирового развития (подобно Норвегии), ни закоренелой «двоечницей» (как, скажем, Зимбабве), а, скорее, похожа на средненькую «троечницу» наподобие Аргентины».  Просто, как многие подобные страны, Россия испытывает «синдром посредственности»: мучительное осознание того, что представления о «величии и уникальности» никак не соответствуют реальному положению дел. В Аргентине, кстати, или в Турции – все то же самое.

И вот это помещение и размещение России в ряду «средних нормальных» страх, с подходом к ней именно как к середнячку в своем классе, - пожалуй, одно из главных достоинств книги. Потому что только когда мы имеем дело с типичным явлением, можно обсуждать причины и следствия, а также давать прогнозы.

Но именно по этой причине книге Гельмана не бывать сегодня учебником ни на одном факультете политологии ни одного российского госуниверситета.

Хотя на месте студентов я бы, конечно, под столом Гельмана читал, - как и я когда-то читал во время лекций по научному коммунизму Джиласа и Солженицына.

Правила деанона (которые применимы ко всем, кто работает на государство)

Текст вышел на днях в "Деловом Петербурге", где, правда сняли абзац про Крым. Ниже привожу полный вариант.

Правила деанона в эпоху тихарей

На события в Белоруссии из Казахстана или России смотришь, как из кинозала. На экране – психодрама. Сюжет ясен до боли, ведь все постсоветские автократии вступили в глубокую осень. Все прошли первую стадию из пяти перед лицом неизбежного: отрицания реальности. Лукашенко продвинулся дальше: у него уже вторая стадия, - гнева. Он ненавидит всех молодых и здоровых (я использую знаменитую классификацию из книги Элизабет Кюблер-Росс «О смерти и умирании»). Кажется, Лукашенко перешел уже к третьей стадии: торга. Пока что – с Владимиром Путиным.

Интересно наблюдать за эволюцией режима Лукашенко. Например, для выражения гнева и отрицания он использует не просто силовые структуры, а - анонимные. Какие-то, черт его знает, спецназовцы с закрытыми лицами: без имен, группы крови и порядкового номера на рукаве, что делает их похожими на мусульманских жен из гарема набоба. Вот появляется набоб с автоматом: «Спасибо! Вы красавицы!.. Э-э-э… Красавцы!» - в ответ крики любви из-под паранджей. Хотя, если серьезно, анонимизация силовиков – это прием, перенятый у палестинских комбатантов с замотанными «арафатками» лицами, швыряющих камни в израильскую полицию. Власть научилась у противников власти.

Следующий этап белорусской силовой эволюции – выскакивающие из машин без номеров «тихари» в балаклавах, хватающие лидеров протеста. Тоже заимствование: «титушки» и «тихари» действовали в Киеве в 2014-м, и в том же году российские «вежливые люди» без знаков отличия, на белых «камазах» без номеров, пересекали границу Украины, не забывая заехать на особо интересные военные объекты.

Интересно, что в ответ на государственную анонимность в ответ всегда следует деанон. В России самые знаменитые деаноны проводил интернет-проект Billingcat (это он разобрался с именами Боширова-Чепиги и Петрова-Мишкина, а также с маршрутом «Бука», сбившего малазийский «Боинг»). А вот в Белоруссии деанон стал уделом масс. С силовиков там теперь срывают балаклавы, делают снимки, а дальше – вопрос времени: узнать, как зовут, где и с кем живет. (И как бывает интересно обнаружить в гареме Лукашенко петербуржцев!)

И вот тут начинается опасная зона.

Если мы считаем святым правом семьи Навального не раскрывать данные о его здоровья, и с презрением относимся к докторам, наплевавшим на приватность и врачебную тайну, то как можно поддерживать деанон тех же омоновцев? Получается снова: своим можно все, чужим ничего. Тогда, когда созданная Лукашенко система падет, поменяется лишь Лукашенко, а не система.

У деанона нет пока что ни идеологической платформы, ни, так сказать, кодекса чести. Но я бы для платформы и кодекса пару пунктов все-таки – с прицелом на будущее – понабросал.

1. Принудительный деанон можно применять только к тем, кто работает на государство. Пошел на госслужбу – будь готов к тому, что твое имя, лицо, размер собственности и доходов будут известны всем. Нет безымянных силовиков. Есть рядовой Степан Степанов, дядя Степа-милиционер.

2. Принудительный деанон нельзя применять по отношению к частным лицам, как бы этого ни хотелось. Можно ли применять к бизнесменам, сросшимся с государствам – вопрос. У меня ответа нет.

3. Нельзя деанонить личную жизнь: детей, жен и мужей, любовников и любовниц. На публикуемых снимках их нужно размывать.

4. Нельзя раскрывать частные данные (телефон, точный адрес), хотя закрытые базы данных вести разумно. Если новая пришедшая к власти группа решит начать люстрацию (а шанс есть), тогда эти базы и пригодится. Но не раньше.

5. Необходимо давать шанс на объяснение, оправдание, потому что риск ошибок велик, и они в Белоруссии встречались. Если совершена ошибка – ее нужно публично же исправлять, принося извинения.

6. Никаких призывов к самосуду. Деанон – это апелляция к общественному мнению, общественному о(б)суждению и, не смейтесь, к совести (людям, да, свойственно меняться). То есть это не столько наказание, сколько вклад в будущее, включая будущие суды.

Звучит странно и не по теме дня? Ну, так это пока. Неизбежное потому и неизбежно, что его никому не удается избежать.

Еще раз: почему в России орут, а в Германии молчат

Тут мне написали, что смотрить ролики на ютьюб-канале "Губин ON AIR", пусть и про Навального, ну совсем неохота, потому что в текстах я свои идеи выражаю лучше. А перед тем писали, что вот когда я говорю, то все понятно, а когда пишу, то больно уж путано.

Это я не к тому, что, блин, чего ж вы хотите, да еще за бесплатно?! - ну, понятно, что кому поп, кому попадья, а кому свинячий хрящик. Этро я к тому, что я сам больше всего люблю буквы на бумаге. Я человек книги. Мне бы, конечно, следовало родиться евреем в толерантной стране эпохи Возрождения - ну, хоть в Венеции, что ли, - изучать Тору, Мишну и Талмуд. О, я был бы начетчиком! О, я бы умел язвительной цитатой взбесить оплошного врага!.. Однако ж увы. А поскольку я и без Венеции и иудаизма человек книги и текста, то вот вам еще один из моих последних текстов, пусть и про Навального. Опубликован был неделю назад на Росбалте, ниже даю авторский вариант.

Доктор Рошаль, супруги Навальные и молчание клиники Charité

Юлия Навальная в минувшие выходные очень резко ответила доктору Рошалю. Тот, как известно, предложил создать русско-немецкую врачебную комиссию для обсуждения отравления Алексея Навального. «В связи с этим, доктор Рошаль, - заявила Юлия Навальная, - я хочу сказать: мой муж - не ваша собственность. Вы не имели, не имеете и не будете иметь никакого отношения к его лечению. В первую очередь потому, что при отравлении ФОС не нужна помощь педиатра, а кроме того, вся ваша публичная деятельность последних лет не даёт мне ни малейшей возможности доверять вам и уважать вас. Вы выступаете не как врач, а как голос государства, и хотите не помочь больному, на которого вам плевать, а выведать информацию и выслужиться. Не берите грех на душу, особенно в столь почтенном возрасте».

Оп-с. Это сильнее, чем публичная пощечина старому доктору. Это, пожалуй, как каблуком по…

…В тот же день, когда Навальная отвечала Рошалю, я звонил маме. Она живет в Иваново, и ей почти 80, но она следит за новостями. И она меня как раз спрашивала по поводу предложения Рошаля – что я думаю? Ей самой оно казалось разумным. Кроме того, мама недоумевала, почему немецкие врачи молчат о здоровье Навального. Скрывают? Зачем? Почему бы немцам не раскрыть информацию, на которой настаивает русская сторона?..

Чтобы было понятно: мою маму возмущает многое из того, что случилось с Навальным в Омске. Возмущает, что жену не пускали к мужу, что главврач омской больницы Мураховский врал, - у нее в целом нет Омску веры. Но молчание немцев ее тоже смущает. Я чувствую, что она близка к очевидному (для нее) выводу: «Да и те, и те хороши! Темнят обе стороны, а правды не узнать».

И тогда мне приходится маме расcказать кое-что про Германию. Потому что устройство Германии противоположно устройству России во всем, что касается прав и свобод человека, да и вообще частной жизни. В Германии даже конституция начинается с утверждения, что достоинство человека неотчуждаемо («Die Würde des Menschen ist unantastbar»). В Германии поэтому невозможен суд, где подсудимый сидит в клетке, как зверь, да еще от него еще и требуют обращаться к судье «Ваша честь». В Германии закон защищает маленького и слабого человека от произвола государства, - а не наоборот. Вон, недавний пример, - демонстрации ковид-отрицателей (таких в Германии называют «ковидиотами»). В Берлине их собралось почти 40 тысяч человек. И власти Берлина эту демонстрацию, с учетом эпидемии, запретили, хотя вообще-то власть не имеет права демонстрации запрещать, а имеет обязанность их охранять. Но суд Берлина этот запрет городских властей взял – и отменил. И такое в Германии – суд отменяет решение властей – сплошь да рядом.

А еще нагляднее разница между Германией и Россией на примере действия Privatdatenschutz, закона защиты персональных данных. В Германии под защиту от несанкционированного распространения попадают не только телефон или адрес, но и внешность. Без моего согласия никто не вправе публиковать, хоть и в соцсетях, снимок, где я попал в кадр. Я не обсуждаю сейчас, перегиб это или нет (с мой точки зрения – перегиб). Однако на мой немецкий номер невозможен звонок со словами: «Герр Губин, у нас для вас уникальное коммерческое предложение». В то время как на звонки на русский номер я давно не отвечаю: в 99% случаев мне навязывают товар, потому что кто-то скачал и продал базу данных либо моего банка, либо интернет-магазина, либо поликлиники. В Германии такой слив повлек бы расследование и суд.

И, конечно, так же жестко защищают данные о состоянии здоровья. В Германии исключена ситуация, когда главврач клиники, какой-нибудь Herr Murakhowski, сливает прессе без согласия пациента или его родных диагноз, а заодно и анализ мочи, в которой нечто сомнительное нашли.Collapse )

Эй, эй, а чего это Германия по Навальному доказательств не предоставляет? Чего молчит? Что скрывает?

Мне один русский, ныне живущий в Англии, отлично объяснил, почему в России так истерично требуют от Германии неведомых "доказательств" отравления Навального ядом, родственным "Новичку", а в Германии этой истерики вообще не понимают. Дело в том, что Запад полагается на честность говорящего. Тебе абсолютно верят на слово: до тех пор, пока ты не прокололся на лжи. Но по умолчанию принято считать, что человек в серьезных ситуациях говорит правду. Поэтому если клиника Charite сказала, что у Навального обнаружили ингибиторы холинэстеразы - значит, обнаружили. Раз лаборатория Бундесвера идентифицировала их как запрещенное химическое отравляющее вещество - значит, так оно и есть. Никому не приходит в голову ни сомневаться, ни требовать доказательств. А в России государство врет на каждом шагу, а люди врут в ответ государству, а еще врут друг другу, и никто никому не верит, а потому несется: "Эй, немцы, откройте нам всё, мы хотим понять, кто нас водит за нос!" Но немцы не могут открыть всё. Это запрещено, это невозможно, это против всех немецких правил и самого уклада немецкой жизни. Это я и пытаюсь объяснить в очередном видео на своем ютьюб-канале "Губин ON AIR". Я создал этот канал по той странной (для меня) причине, что многим, оказывается проще смотреть или слушать, чем читать. Ну, ок. А еще я стал выкладывать там короткие сюжеты о том, как устроена alltägliches Leben, ежедневная немецкая жизнь: они в плейлисте "На вписке в Германии". Ну, и буду рад, если вас что-то из этого заинтересует, и вы на мой ютьюб-канал подпишитесь.

А ниже - видео о том, почему бессмысленно требовать от Германии детального освещения ситуации с Навальным.


О врачах-(убийцах?) Навального, о девальвации экспертного мнения в России и кое-чем другом

Омских врачей, якобы (!) выполнявших заказ людей в погонах, сторонники Навального судят по схеме, неплохо описанной Солженицыным в "Раковом корпусе". Там тоже народный суд, ни хрена не понимающий в медицине, судил врачей. Хотя судить врачей могут - в силу опыта - только их коллеги. Я могу понять сторонников Навального (и противников Путина) в том что касается путинского режима, где нет честного суда, потому что суду заведомо "все ясно". Но я не могу понять сторонников Навального (и противников Путина), когда они устраивают точно такой же суд, с заранее написанным приговором, не желая слушать никакие аргументы contra. Хотите честный суд? Но тогда и судите честно тех, кто вам дико не нравится. Я всегда говорил, что выбирая между родиной и профессией, я предпочту профессию. Но и выбирая между убеждениями и профессией, я тоже предпочту профессию. Профессия, которой я когда-то занимался - журналистика - заставляет любому событию искать подтверждение в двух независимых источниках, на любую точку зрения искать противоположную, и любому обвиняемому предоставлять слово для ответа. Мне отвратительно то, что сделали (буквально, физически) с Навальным - но отвратительна и волна, которую гонят в соцсетях его сторонники. И я пытаюсь объяснить, как это все могло произойти. Буду рад, если подпишитесь на мой ютьюб-канал "Губин ON AIR".

Случай Навального: про врачей (убийц) и про палачей врачей (идиотов)

Ниже - текст, опубликованный в сокращенном виде на "Росбалте". Здесь восстанавливаю полный вариант. И, если совсем кратко - да, я дико разочарован поведением огромного числа тех людей, которых считал близкими мне по взглядам и убеждениям. Разочарован, в том числе, и поведением в сетях очень многих "эховцев", исключая Венедиктова, с которым, как раз, у нас непростые отношения (мягко говоря). Потому что Венедиктова интересует, как все было на самом деле, а прочих интересует наказание (или, как минимум, унижение) тех, кого они заведомо считают виноватыми. И это беспредел, подогреваемый злобой, глупостью (да, средний интеллигент в России сильно, имхо, поглупел по сравнению с советским) и той безответственностью, которую предоставляют соцсети любому высказывающемуся.

И - предупреждая вопрос, почему я "бью по своим". Да просто потому, что чужие давно меня забанили, и с их мнениями (обычно предельно запредельными) я сталкиваюсь реже. Да и что обсуждать Симоньян или Киселева, которые многократно доказали и передоказали, что они негодяи. Да и что обсуждать путинскую опричнину, которая опричь всего - закона, морали, здравого смысла, благородства. А вот обсуждать тех, кто осуждает опричнину, но ведет себя точно так же, как она, имеет смысл. Потому что пока они ведет себя мерзко только в сетях, но можно представить, что будет, когда дорвется до власти. И на войне негодяев с негодяями, вы уж меня простите, я предпочитаю дезертирство.

Навальный, бесы и врачи

В истории c попаданием в реанимацию Алексея Навального есть один мерзкий аспект. Не считая, конечно, мерзости самой истории, которую я на данный момент, как и многие, склонен считать отравлением, устроенным спецслужбами, - не обязательно, кстати, по указанию Кремля. Там, насколько я знаю, ребята и частные заказы принимают. На чем базируется моя уверенность? На том, что за последние годы при схожих обстоятельствах и симптомах попадали в реанимацию и чуть не улетали на тот свет Дмитрий Быков, Петр Верзилов, Владимир Кара-Мурза – последний дважды. Все трое - заметные критики нынешнего режима. К тому же для меня являются доказанными два случая, когда русские спецслужбы применяли редкие отравляющие вещества: это убийство Литвиненко в Лондоне и попытка убийства Скрипалей в Солсбери. Я внимательно следил за обоими расследованиями по британским источникам.

Так вот, премерзкий момент, от которого меня почти физически тошнит, состоит в травле омских  врачей противниками Путина, то есть сторонниками Навального. Да и не только омских, а любых – московских, петербургских, даже нью-йоркских – которые посмели сказать, как они видят ситуацию с профессиональной точки зрения, а осудили вместо того осуждать политический режим. То есть не заявили публично: «Да, несомненно! Это яд по прямому указанию Кремля! А врачи помогали!»

Напомню, что в омскую реанимацию Навальный с неба свалился – в буквальном смысле слова. Случай был неожиданным, медикам не слишком ясным, состояние Навального было тяжело и нестабильно. Однако все процедуры, которые позволяли возможности больницы, от анализов до томографии, были сделаны и лечение проведено. Состояние стабилизировали. В Омск, к тому же, почти сразу прибыла бригада врачей из Москвы: от Минздрава и от Института Бурденко. Одному из прибывших, реаниматологу Борису Теплых, достанется потом от сочувствующих Навальному по первое число – просто потому, что он положительно оценит работу омичей. И, опять же, не осудит публично Кремль. Потому что к тому моменту, когда Навального эвакуируют из Омска в Берлин, среди сторонников Навального сложится четкий консенсус: омские медики, прогнувшись под спецслужбы, Навального намеренно убивали и заметали следы. Поэтому диагноз намеренно скрывали, а про нетранспортабельность врали. Время специально тянули, чтобы яд успел выйти из организма. (И я понял, где уже встречал эту уверенность не имеющих профильного образования людей. Это партия диванных вирусологов стала партией диванных токсикологов).

Тут вот еще что важно. В здравоохранении работают не только врачи. Но и администраторы. И если верно, что жену Алексея Навального не пускали к врачам и к мужу, требуя свидетельство о браке и доверенность от лежащего в коме мужа – то это и мерзость, и нарушение закона. И я допускаю, что на главврача больницы Мураховского давили «сверху». Но все равно не понимаю, каким образом его письмо в берлинскую клинику Charité, написанное – анекдот! – по-русски, стало всеобщим достоянием. Дело не только в том, что русский врач, не умеющий написать по-английски зарубежному коллеге, выглядит, мягко говоря, странновато. Но и в том, что переданное журналистам письмо (я прочитал его на сайте РИА «Новости») содержит всю ту же приватную информацию о лечении и об анализах, которая составляет врачебную тайну. Он же всегда мог сказать, что не хочет идти под суд по статьям 13.14 КоАП и 137 УК.

И, да, такой главрач вполне мог давить на сотрудников, указывая, что и где говорить, кого и куда пускать. Но давление – это одно. А неоказание помощи, намеренное нарушение протоколов лечения – совсем другое. Иными словами, у меня нет никаких доказательств, что Навального в Омске держали, подчиняясь диктату ФСБ и придумывая некую «нетранспортабельность».

К сожалению, у меня есть печальный личный опыт, чтобы судить об этом.Collapse )

О русской культуре заговора. Сурков, Белковский и Павловский могут вполне себе вдрогнуть

В "Деловом Петербурге" недавно опубликована моя рецензия на книгу Ильи Яблокова:



Очень забавно, тогда твои знакомые становятся предметом антропологического исследования. Хотя я бы, конечно, на их месте поеживался. Не могу сказать, что исследование выявило у них нимбы: скорее, хвосты и копыта.  А с другой стороны: мы что, не знали? Ниже текст перепечатываю. И, да: книжка буквально на днях вошла в лонг-лист премии "Просветитель" (это своего рода знак качества для российского нон-фикшн). И не исключаю, что и в шорт-лист войдет.

СПОРЫ, СВАРЫ, ПЕРЕСУДЫ, КОЗНИ, ЗАГОВОР, КОМПЛОТ…

Читая книгу Ильи Яблокова – историка и преподавателя университета Лидса, что к северо-востоку от Манчестера – я пару раз хохотал в голос. Это редко случается с книгами по исторической или социальной антропологии: обычно они переложения если не диссертаций, то исследований, над которыми не посмеешься.

Но тут вот какая штука. Рядом с «Русской культурой заговора» на полку можно ставить не только исследование «Опасные советские вещи» антропологов  Архиповой и Кирзюк, но и, скажем, книгу американского астрофизика Сагана «Мир, полный демонов. Наука – как свеча во тьме». Саган посвятил свою знаменитую книгу даже не разоблачению, а изучению конспирологических теорий (от НЛО до экстрасенсов), при этом язык у него был, как крапива. По языку Яблоков уступает, но к предметам своего изучения они с Саганом подходят по одной и той же дороге: конспирология свойственна природе человека. Это дешевый и простой инструмент, позволяющий, во-первых, отделять «своих» от «чужих», а во-вторых, успокаивать себя самого, приводя хаос мира в простую и понятную структуру. В этом смысле конспирология похожа (добавлю уже от себя) на водку: в том числе и тем, что спиваются не только простаки и неучи.

Особенность же русской конспирологии в том, что в России она в центре политики («Запад мечтает поработить Россию ради ее богатств!»). Тогда как на Западе конспирология если и удел политиков, то маргинальных.

Собственно, сюжетно книга Яблокова – это и есть расследование трансфера конспирологических теорий американских «реднеков» в Россию, с адаптацией под них всего российского политического порядка. Исследование того, как убогая идея «враги развалили великий СССР» стала необсуждаемым мейнстримом. Как мейнстримом стала идея «пятой колонны» и «агентов Госдепа». Как «остров Россия» трансформировался в «крепость Россию», а конспирологические блюда, подаваемые вначале лишь во время предвыборных кампаний, стали единственным блюдом на завтрак, обед и ужин. Это ведь не сразу произошло, и процесс был немыслим без публичных интеллектуалов – Павловского, Белковского, Дугина, Суркова. Которых власть, использовав, неизменно затем отстраняла, потому что не терпела параллельных центров власти. Вот тут и начинаешь хохотать: ну, и где теперь все эти «Наши»? Где идеи «суверенной демократии» или Новороссии? Вместо них сегодня – Никита Михалков, на голубом глазу уверяющий, что Билл Гейтс будет чипировать нас вакциной от коронавируса. Что, к слову, не слишком отличается от страхов Владимира Путина, будто американцы тайно собирают в России «биологический материал».

И тут уже не до смеха, потому что непонятно, где Кремль лишь использует конспирологию для укрепления собственной власти, а где начинает сам в эти выдумки верить. Смеяться перестаешь и тогда, когда начинаешь понимать, что многие противники Кремля точно видят во всем заговор – только, например, вездесущего и за всеми следящего КГБ-ФСБ.

Словом, рекомендация по книге: читать непременно. Причем идеально - вперемежку с теленовостями, а также с твиттером и фейсбуком.

По эффекту никакой 3D не сравнится.

Война и Путин: господи, да отдайте же скорее Леониду Ильичу его оловянных солдатиков!

Только брежневское маразматическое политбюро умудрялось настолько не попадать в реальную повестку дня. Хотя нет: даже Брежнев что-то там скрипел про продовольственную программу и про товары народного потребления... А этот - только про войну да историческую дату. И, кстати, в чем-то доскрипелся до того, что многие действительно считают победу во Второй мировой событием, формирующим нацию. Увы, это не так. Да и нации, в общем, в западном значении в России нет. Есть население, которому со своей территории и со своим языком, в общем, некуда бежать. Вот мой свежий ролик на моем ютьюб-канале "Губин ON AIR".