Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Питер никогда не будет чистенькой вылизанной Европой. Это рухнувшее имперское дерево с новой жизнью

Текст недавно опубликован в "Деловом Петербурге" и, судя по числу прочтений, вызвал некоторый шухер. Очевидное вообще довольно часто принимают за невероятное.

ЭСТЕТИКА ПОВАЛЕННЫХ ДЕРЕВ

Петербург никогда не будет чистенькой вылизанной европейской столицей. Слишком большой старый центр. Слишком мало денег. Хватит максимум на подновление декорации набережных и главных проспектов.

И, кстати, в Европе то же самое. Я знаю массу мест, родственных Петербургу по этому духу отыгранного спектакля при сохраненных кулисах, по этой идеологии рухнувшего имперского дерева. Таков Будапешт, с его фантастической ночной тусовкой в ruinbars – «барах-руинах». Город пышный, город бедный, довольно пыльный и дико сексуальный. Таков некогда богатейший Дрезден с его Новым Городом, Нойштадтом, внешне неотличимым от Петербурга Достоевского (и где Pelmeni и Wodka - на каждом углу). Таков обожаемый мною портовый вольный Гамбург с его Репербаном и всею мыслимой городской жестью вокруг. Таковы многие итальянские города.

Но если дерево рухнуло, это не значит, что оно мертво. На упавшем стволе живут насекомые и растут грибы: оно дает жизнь новым жизням. То же и с упавшими имперскими городами: не пытайтесь их воскресить в прежнем статусе, но наслаждайтесь новым.

Это я к тому, что Петербург – не только Эрмитаж или «э-э-экскурсии по ва-а-аде, корабль отправляется через пять минут!». Петербург – это и нетуристские перекрестки, вторые и третьих дворы, и бедные грязные улицы без малейшего признака зелени, - все это не так уж и давно как начало заселяться барами, галереями, столовками, книжными магазинчиками, хостелами, кофейными, кинотеатриками (порой на пару десятков мест: я знаю такой на Ковенском, 14).

И если что и заставляет меня скучать в разлуке по Питеру, то вот именно эта новая жизнь бедных закоулков. Ценность черного блохастого пса не меньше ценности открыточного Петербурга. «Голицын-лофт» и бары на Рубинштейна, Белинского, Некрасова, Литейном, Большой Конюшенной – для меня достойные конкуренты всем 23-м Рембрандтам Эрмитажа.

И друзей и врагов Петербурга – да-да, я подбираю слова! – лично я определяю не по произносимому с придыханием слову «кюльтюра», а по отношению к трухлявому пню. Все, что способствует новой жизни в питерском буреломе (включая брежневский бурелом) – от открытых проходных дворов до открытых креативных пространств – должно поощряться. Все, наезжает на эту чащобу с бульдозером под лозунгом очистки – должно получать отпор.

Вот почему мой личный враг – московская депутатка Хованская, настоявшая на запрете хостелов в жилых домах (о да, я знал ее молодой и прозападной, но с нею произошло то же, что с Госдумой в целом). Мне личный враг – петербургский депутат Четырбок, настаивающий на закрытии маленьких баров, что превращает большой живой город в деревню Четырбоковку. Их аргументы – забота о покое граждан – филькина грамота. У них всегда появится старушка Терешкова с письмами от трудящихся. Но все их словеса – просто сопровождение работы государственного катка, который в России умеет только стандартизировать, унифицировать, централизовывать и давить любое недовольство.

Это идет вразрез с идеей большого города, состоящей в том, что он – всегда персональная история. Как хочешь, так и будешь жить. Питер тем и прекрасен, что здесь, как в старом книжном шкафу, можно найти том по вкусу.

А книжные шкафы, в которых, кроме собрания сочинений Ленина и творений Брежнева, я тоже помню. Ленинград, в котором после 23.00 (когда закрывался последний ресторан, где залитое майонезом «мясо по-капитански» было главным ударным блюдом) было некуда пойти, я уже проходил.

Возвращаться в такой нет ни желания, ни смысла.

В конце концов, в мире есть Будапешт, Рим (с некогда убогим, а ныне отданным на откуп художникам и рестораторам предместьем Трастевере), Гамбург, Дрезден, Берлин.

Там персональные истории никто не запрещает и не может запретить.
promo dimagubin march 23, 2016 11:38 35
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…

Виктор Пелевин, "Искусство легких касаний" и мой канал "Губин ON AIR" на YouTube

Ну, ок. Теперь есть место, будут выкладывать 2-минутные видеорецензии как на нонфикшн, так и на фикшн. Первые ролики для канала мне записали чуть не четыре года назад, но там шел какой-то брак то по съемкам, то по звуку, то по монтажу - в общем, пришлось освоить все самому. Попробую раз в неделю выкладывать по новому ролику. Подписка на канал - здесь.
Начинаю с Пелевина, на очереди Уэльбек.

Уфа, Казань и мастерская Церетели: края непуганых идиотов. Надо бы попугать!

В этой новости, взятой (вместе с фото) с сайта "Медузы", все прекрасно. И представления Зураба Константиновича Церетели о собственной душе, и представления о прекрасном президента Татарии, и представления о неоднозначности в мэрии города Уфы.

Читаем и смотрим: за что я люблю путинскую Россию - так это за действующую машину времени, которая отматывает время лет на сто назад.

"В Казани 7 ноября открыли памятник Рудольфу Нурееву работы Зураба Церетели. В церемонии открытия монумента, установленного около театра оперы и балета, в числе прочих участвовал президент Татарстана Рустам Минниханов. «Это мой крик души», — сказал Церетели, представляя монумент. Памятник первоначально планировалось поставить в Уфе, которую Нуреев считал родным городом, но мэрия отказалась от дара Церетели из-за расходов на установку монумента и «неоднозначной репутации Нуреева».
Максим Туманов / ТАСС / Scanpix / LETA.

Наличие в Смольном комитета по культуре - это анекдот (я про питерские стрит-арт и стрит-вандализм)

Я несколько раз писал о том, что нынешняя петербургская политика замазывания любого несанкционированного стрит-арта (а другого не бывает, санкционированным бывает, в лучшем случае, паблик-арт) - дикость. Почти год назад Росбалт даже опубликовал мой на эту тему видеоролик:



Ничего не изменилось. В Смольном воображают себя эдаким коллективным Джулиани-на-Неве. Мэр Нью-Йорка, как известно, боролся с граффити, каким подростки в неблагополучных районах покрывали вагоны метро: вагоны  тут же перекрашивались в исходный цвет. Так Джулиани следовал теории "разбитых окон", в соответствие с которой если в доме разбито одно окно - скоро выбьют и другие.

Однако питерские дворы, в которых регулярно появляются (и мгновенно закрашиваются) граффити - они и есть дворы разбитых окон, улицы разбитых фонарей. Стрит-арт спасает их. А уничтожение стрит-арта - это тупое влаственное "нипатерплю-разззарю!" Полюбуйтесь, вон:




Отрубили, в общем, руку ровно по линии госсобственности. А то, что ниже - уже частное, там и выжило кое-что.

В общем, недавно в "Деловом Петербурге" вышел мой очередной текст на эту тему.

Здесь я его дублирую.

СТРИТ-АРТ И ВАРВАРЫ

Чего я в Петербурге не понимаю – так это зачем Смольному комитет по культуре. Я знаком с его главой: милейший человек, мы раскланиваемся на выставках и фестивалях. Но комитет по культуре – это не выставки и не фестивали, и уж тем более не «проведение государственной политики и осуществление государственного управления в сфере культуры и искусства», как значится в документах. С тем же успехом можно управлять полураспадом урана.

Комитет по культуре, в принципе, нужен затем, чтобы город мог проводить свою культурную политику. А культурная политика – это решение социальных проблем методами культуры в тех случаях, когда финансы или принуждение бессильны.

У Петербурга такие проблемы есть. Мы – депрессивный город. В старом фонде больше 11000 зданий, и большей частью это дешевые доходные дома, построенные в погоне за максимальной прибылью на манер нынешнего Девяткино. Обычный питерский двор – серость и темень; на стене дрожит последний лист штукатурки. Ни статуи, ни фонтана, ни кустика, лишь спичечный коробок серого неба. В таком жилфонде можно бухать под Шнурова или проводить съезд сторонников эвтаназии, а вот жить легко, красиво, в кайф, как живут, скажем, французы, - уже подвиг, обреченный на провал, и не в деньгах дело.
Collapse )

Да перестаньте вы, питерские идиоты провинциальные, ставить памятники!

Этот мой текст вышел в "Деловом Петербурге" (и доступен полностью лишь подписчикам). Думаю, подписчиком ДП стать разумно (особенно, если у вас дела в Питере), но, тем не менее, ниже привожу текст полностью.

Повторю лишь, что Питер с точки зрения городского, общедоступного, демократического, современного искусства - дыра дырой. Лишь три вещи, установленные за последние лет 20, приемлемы: Чижик Габриадзе, Петр и сфинксы Шемякина. С Чижиком все более или менее ясно, с Шемякиным же не так просто. Его сфинксы (которые полудевы, полускелеты) - это, конечно, никакой не "памятник жертвам политических репрессий", это  садово-парковая скульптура, которой самое место в парке при псевдоготическом особняке. Использовали как "памятник жертвам" - ну так что ж; непосвященному должно быть плевать, и я этому рад (в том нет никакого наплевательства к памяти о тех, кто был при Сталине убит). Петр - это тоже не памятник царю, а арт-объект, блестящий трюк, когда тулово, голова и ноги создают эффект улетающего в космос великана, хотя Петр по размеру такой же, как мы. Конечно, к этому Петру надо залезать на колени и полировать пальцы. Но недавно Петра обнесли совковой кладбищенской оградкой, чтобы залезать и полировать было нельзя, - повторю, Петербург с точки зрения культуры и есть провинция, деревня, бесконечный трупоотсос из прошлого. И директора музеев тут соответствующие, за исключением Пиотровского, - возьмите хоть Гусева из Русского музея, который устроил из Летнего сада помесь Версаля с Аушвицем, тьфу и так его растак.

Впрочем, я обещал текст.

БРОНЗОВЫЙ (ЧЕЛО)ВЕК

Вот какой у нас царит в городе подъем духа; настоящий пир.

Четыре петербургских деятеля культуры (балетмейстер Эйфман, библиотекарь Вершинин, режиссер Фокин и искусствовед Михайловский) настаивают на установке в городе памятника Чайковскому.

Бюста в Таврическом саду мало. Чайковский должен быть четырехметровым. У четырехметрового Чайковского есть противники.

Интрига, однако!..

Спрашивать, ради чего следует воздвигать многопудного Петра Ильича, - бессмысленно. У памятника как такового, у этого культурного детища былых эпох, есть ровно два смысла: эстетизировать и увековечивать.

Справлялся и справляется с этими функциями памятник скверно. Кому суждено быть забытым, забывают вопреки памятникам: любое кладбище тому доказательством. Что до эстетики, тут лучше промолчать. Памятник – лжец по природе, лакировщик действительности.Collapse )

Мои экскурсии по Питеру на выходных (хотя и похолодает). Но...

Прогнозы обещают на выходных в Питере стынь, хмурь, хмарь (updt: но прогноз на дожди резко свернут, хотя зонт с собой надо непременно брать!), - то есть наступает, наконец, прекрасное (ибо типичное) питерское лето. А то был Мюнхен какой-то, чес-слово! (Если кто захочет, не выезжая из Питера, увидеть Мюнхен - добро пожаловать к Эрмитажу на Миллионную. "Атланты небо держат на каменных руках", Новый Эрмитаж - это и есть Мюнхен в вариации Лео фон Кленце, любимого архитектора Николая I и, прости господи, Гитлера).

И вот по этому прекрасному долждливо летнему Питеру я решил все-таки устроить 4 экскурсии на выходных, потому как у природы нет плохой погоды, но у меня есть ограничения по датам . В начале июля я еще экскурсии провожу, а дальше - скорее всего, ауфвидерзеен до сентября.

Итак:

Суббота, 30 июня, 19.00, сбор у памятника Достоевскому у м. Владимирская - мой новейший маршрут местами Довлатова (а еще и Чуковской, Ахматовой, да много кого, вплоть до Алисы Фрейндлих или, при обратном отсчете, Джорджа Баланчина) по дворам улицы Рубинштейна, зигзагами от Владимирского до Фонтанки. Это маршрут №3. Билеты (updt: закрыто).



Воскресенье, 1 июня, 19.00, сбор у памятника Достоевскому у м. Владимирская - повтор "довлатовского" маршрута по дворам Рубинштейна. Билеты - (updt: закрыто).

Все экскурсии - примерно по 2 часа, большей частью под открытым небом, так что зонтик и соответствующая обувь необходимы. (Питерский лайфхак: если кроссовки промокают, а других нет, наденьте внутрь бахилы).

Жду!

С Татьяной Толстой 30 января в Питере: пора валить к нам, ибо мы про "пора валить"

Я уже писал про вечер "Толстая против Губина": мы вообще-то с громокипящей Татьяной Никитичной собирались говорить о том, как индустриальный век помер, прихватив с собой домашний скарб (литературу, живопись, музыку и прочее по мелочишке). А постиндустриальному веку для обустройства понадобились не литература и живопись, а нонфикшн и промдизайн.

То есть об этом собирался говорить я, а громокипящая Татьяна Никитична собиралась оспаривать (ха!).

И вот новый поворот. Мы решили поговорить еще и об эмиграции, - а моих знакомых в последние годы уехало больше, чем при Брежневе. Вы ведь, верно, сами подумывали, так? Потому что жить в России сегодня - это как обитать в Питере: бедность, третий мир, и шансов замазаться или измазаться куда больше, чем реализоваться (да или просто в свое удовольствие пожить).

Толстая - состоявшаяся (из Питера в Москву) эмигрантка и несостоявшаяся эмигрантка в Америку. Я - состоявшийся (из Иваново в Москву, а затем из Москвы в Питер, а затем на оба города) эмигрант и начинающий эмигрант в Германии: с этого лета я наполовину там. Толстая Америкой разочарована, я Германией очарован. И вот об этом мы тоже поговорим, а вы, коли приобретете билет в ДК Льва Лурье, тоже вполне можете поучаствовать. Это 30 января, во вторник, на Большой Разночинной, 25а. Регистрация и билеты здесь.

Где меня найти в ближайшее время в Питере: эфиры, экскурсии, лекции

Мы с пейзажем за окном определелились с ближайшими планами.

В Питере ожидаются прохлодрыга, экономический форум, перекрытие дорог, - но последнее тех, кто со мной в выходные, касаться не будет.

Я все-таки проведу в субботу и воскресенье пару экскурсий по питерским дворам. Дворы, правда, понесли ряд боевых потерь (вот, посмотрите, какой мурал был закрашен коммунальщиками там, где его вообще никто, кроме местных, не видел - в слепой кишке одного двора на Литейном):

Однако кое-что выросло и новое - я проверил.

В общем, можно присоединиться к моему маленькому (не более 10 человек) обществу городских перешеходов. Даже питерским знатокам гарантирую места, о которых вы слыхали.

В субботу 3 июня в 12.00 стартуем от метро площадь Восстания - по тайным дворам Невского и Литейного проспектов, вдоль всеми забытого Итальянского сада, в честь которого, кстати, когда-то называлась нынешняя улица Жуковского. Обещаю все сохранившиеся граффити к прогулке приобщить - включая спрятанную Мону-Лизу-гастарбайтершу.

А в воскресенье 4 июня в 12.00 я поведу уже от метро Чернышевского по дворам, где хаживал Бродский. Узнаете тогда и про висячие коридоры, и про добрую и недобрую сторону улицы Моховой.

В пятницу 2 июня  в 11.05 я абсолютно  доступен в эфире "Эха Петербурга" - это частота 91.5 fm.

Ну, и наконец, ближайшие лекции из цикла "Об эволюции всего" у меня пройдут в Охта Lab в воскресенье 11 июня в 17.00 (об эволюции роскоши) и в субботу 24 июня в 14.00 (об эволюции собственности)

До встречи!

В Питере новый главный художник, - чем бы ему заняться?!

В Петербурге тихо-мирно, в каникулы, сменился главный художник. Новым стал Алексей Моор. Еще пару дней назад можно было зайти на alexmoor.jimdo.com и посмотреть работы Моора, но сейчас, увы, сайт прикрыт паролем. Однако поверьте на слово: Алексей Моор вполне годен рисовать котиков на Невском. У Моора такой мастеровитый второй сорт второго сорта, - от дев с сиськами до пейзажей с березками.

Я глумиться хочу не особенно. Сейчас вообще не время художников. Художников делает художниками подъем, волна. Много вы знаете одиночек вне художественных школ? Эгон Шиле вырос из движухи Сецессиона, а про Баскию никто бы не узнал, когда бы не Уорхолл, про которого мы тоже не знали бы, не попади он из Питтсбурга в послевоенный бурлящий Нью-Йорк.

Но в Петербурге после новиковского неоакадемизма 1990-х художников нет, так что какие претензии к Алексею Моору? И нужно ли уметь главному городскому художнику вообще быть художником? Вот, бывший буфетчик Челябинского тракторного завода замечательно руководит сегодня петербургской Академией Штиглица - той самой, которую закончил Моор.

Главный художник Петербурга - он все-таки не по части рисовать сам, а  чтобы другие не натворили художеств.

Тогда достойных задач у Алексея Моора может быть две.

Первая - это поставить заслон всему тому украшательству Питера, которое примерно соответствует работам самого Моора. Всем этим бронзовым Довлатовым, котикам, городовым, моделям города из гранита, гигантским стульям и прочему. В городе нет ни Аниша Капура, ни Урса Фишера, ни Энтони Гормли, ни Маурицио Каттелана, вообще ни одного (после Петра Шемякина) приличного арт-объекта, - есть одна второсортная "кр-р-расота" в духе Матвиенко. И если центр этим загажен, то окраины даже этого лишены. У Муринского ручья или Конной Лахты нет и дальнего родства с Одайбо в Токио или с Дефансом в Париже. Стыд. Могло бы ведь быть.

Вторая задача касается того искусства, которое переживает сейчас ренессанс, - я про стрит-арт. Пока что отношение городской власти к стрит-арту простое: все несанкционированное (а не санкционируется все) закрашивается. Закрашивается и дурь, и шедевры. Осенью, например, были закрашены все тексты Кирилла Кто в страшненьких дворах на Литейном (сами страшненькие дворы никуда не делись).
Закрыта какой-то будкой Джоконда-гастарбайтерша работы Паши Каса на Жуковского. Пройдитесь как-нибудь по питерским Пескам. Это адъ, - абсолютная, полная безнадега для всех, кто в него попал. Стрит-арт мог бы дать крылья, но, например, мои знакомые, пытавшиеся получить хоть какой брандмауэр хоть какого двора под фреску-mural, плюнули в безнадеге.

Вот отношения муниципалитета с независимыми стрит-артистами Алексей Моор и мог бы ввести в положение win-win. Создать, не знаю, группу оперативного реагирования на каждую работу: что оставлять в живых, что закрашивать. Поощрял бы превращение гниющих дворов настенные галереи.

Я искренне надеюсь, что Моор - неглупый человек. То есть что Моор понимает, что занимался всю жизнь постыдным и позорным делом: втюхивал заказчикам пошлятину под видом искусства. Убивал вкус. Делал на этом бабло. Это большой грех. Плохой художник, когда получает заказчиков, становится еще и плохим человеком.

Но сейчас у Моора есть шанс искупить вину.

Будучи либералом, я верю в то, что самый безнадежный Савл может стать Павлом.

Какая прекрасная идея - запретить в России Cirque du Soleil!

Какая прелесть!

Исполнительный директор Всероссийского хорового общества, член общественного совета при Минкульте РФ Павел Пожигайло настаивает, что иностранные цирки нужно законодательно ограничивать в России.

Ну, мало ли что какой Пожигайло говорит, - силовые линии российского устройства таковы, что и неглупые люди несут чушь, и только потом, когда их спроваживают с госдолжности, ошалело вертят головами: что я? что нес? куда ? почто? - посмотрите хоть на Всеволода Чаплина до и после отставки.

Но любопытно, какую аргументацию Пожигайло приводит. Нашу цирковую школу нужно сохранить, говорит он, потому что она уникальна. Это раз. А два: у Cirque du Soleil бюджет больше, и потому нам с ними не конкурировать.

Прекрасная логика!

Хотя искренне не понимаю, почему уникальность должна быть основанием для сохранения в живых. Допустим, русские лапти уникальны, - следует ли из этого, что самого Пожигайло следует заставить ходить в лаптях? Вполне может быть, что французская цирковая школа тоже уникальна, - однако, насколько понимаю, ребята из Sirque du Soleil не столько хранили верность кюлотам, сколько обули весь мир в принципиально новое. И миру это понравилось. А наш старый цирк, похоже, не очень нравится. Уж не знаю, почему. У меня цирк Чинизелли под окнами, но я не хожу. Потому что все, кого спрашивал, отвечали, что спектакли там скучные, неинтересные. Может , русский цирк законодательно ограничить, чтоб не сеял в неокрепших детских душах скучное и плохое?

И уж конечно, особо ценен аргумент что "у них бюджет больше". Разумеется, больше! Россия - вообще небольшая по мировым масштабам экономика: наш вклад в мировой ВВП в 2015 году - 2,49%. Это, положим, не порок, Канада еще меньше, но уже Бразилия или Италия (не говоря про Японию, Китай и США) больше. Значит ли это, что нужно опустить железный занавес вообще, или только на отдельные виды продуктов? Нужно ли, скажем, запретить Пожигайло ходить в иностранных шмотках на том основании, что бюджет Зеньи или Босса больше бюджета фабрики одежды имени Володарского (кстати, у меня от них смокинг)? Нужно ли на том же основании запретить в России католицизм? Западное кино, литературу, non-fiction, музыку?

Не знаю. Может, и нужно. Я бы на Пожигайло в лаптях и в смокинге от Володарского с удовольствием посмотрел. Напомнил бы ему, что у Христа, по сравнению с Иродом, бюджет был вообще нулевой.

Но если Пожигайло со мной несогласен, начать экспериментировать посоветовал бы с минкультовского совета.

В который входит, например, пианист Мацуев.

Я бы запретил законодательно Мацуеву садиться за Steinway&Son и прочий C.Bechstein. Пускай импортозамещает "Красным Октябрем".

Что? Ах, давно не выпускается "Красный Октябрь"? Ах, это до революции в России был больше 200 мастерских, производящих рояли и фортепиано, а сейчас не осталось ни одной?

Ну ничего, поиграет-поиграет Мацуев на дровах, попоет-попоет Пожигайло в лаптях, помолимся мы пресвятой Богородице, - и потрясем, с Божьей помощью, духовною силою мир.