Подарок Путину на день рождения: его настольная действующая модель

Никаких шуточек. Я очень серьезно отношусь к мысли о том, что Путин - это и есть Россия. Более того, я считаю, что никто из правителей страны так хорошо не выражал сущность России, как Путин. Прочие лишь затуманивали суть русскости: кто в силу идеологии, кто в силу воспитания. Путин идеально выражает Россию просто в силу того, что собственных свойств у него нет, - в чем легко убедиться на примере простейшей действующей настольной модели, которая и предлагается почтеннейшей публике в день 7 октября 2020 года, когда прототип модели одиноко и бесстрастно (и, похоже, несчастливо) перевалил на 69-й год своей бесконечно безрадостной русской жизни.

promo dimagubin march 23, 2016 11:38 35
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…

Россия: недостойное правление (однако Владимир Гельман понимает под "недостойным" не то, что вы!)

Эта моя рецензия вышла в "Деловом Петербурге". Ниже перепощиваю.



КРЕМЛЬ, КОТОРЫЙ СТРАНЫ НЕДОСТОИН

Владимир Гельман. "Недостойное правление". Политика в современной России. – Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2019.

Про Владимира Гельмана мне когда-то рассказала Екатерина Шульман. Мы обсуждали, чьи книги про современные гибридные режимы (ну, то есть книги про устройство власти в России, Турции или Тунисе) следует непременно прочитать. Понятно, что классика жанра – это Стивен Левицки и Люкан Вэй, книжка с не-вы-го-ва-ри-ва-е-мым названием «Сompetitive Authoritarianism». Далее - Беатрис Магалони, Джениффер Ганди, Дэвид Трейзман в почти неизменном соавторстве с Сергеем Гуриевым (да, тем самым: бывшим ректором РЭШ, после обысков эмигрировавшим во Францию). Ну, хорошо, любезная Екатерина Михайловна, а из наших-то еще есть кто?

И вот тут Шульман и произнесла: «Гельман». Лучший специалист по России из России. Профессор Европейского университета в Петербурге. Правда, работает в основном в университете Хельсинки и пишет про гибридные режимы исключительно по-английски.

И вот – ура. Есть книга Гельмана на русском. Купить трудно, но раздобыть можно. Издана крошечным тиражом тем же Европейским университетом, причем еще в прошлом году: простите, люди добрые, что не сообщил тут же; моя вина. И, сразу, чтобы убрать спекуляции вокруг названия: «недостойное правление» - это не в том смысле, что Россией правят негодяи. А в том, что качество управления не соответствует уровню страны. Все-таки Россия – одна из достаточно развитых стран Евразии. А тип государственного устройства – как в Африке: персоналистская электоральная автократия. У таких систем, кстати, с эффективностью проблем даже больше, чем у «чистых» автократий, которые, допустим, могут позволить провести модернизацию, не отвлекаясь на выборы и прочие демократические плюшки.

Причем неэффективная недостойная система самовоспроизводится и укрепляется, тогда как идеи реформаторов-технократов уходят в песок, а прогресс на узких направлениях (будь то космос, ЕГЭ или «Сколково»), в «карманах эффективности», неизменно оборачивается дырой в тех же карманах.

Почему так происходит, а? И можно ли ждать – и когда – перемен?

Владимир Гельман – это не громокипящая ехидина Шульман, читать его книжку трудно. Я через 250 страниц «Недостойного правления» продирался с той же примерно скоростью, что и через «Сompetitive Authoritarianism» на английском. Отчасти потому, что у Гельмана получился практически учебник, эдакое введение в мировую политическую социологию, в мировой исследовательский дискурс со всеми его «bad governance», «policy», «politics» и «benevolent dictators» (ха! - «благонамеренными автократами»). Никаких даже малейших по поводу «особого русского пути» у Гельмана экивоков нет – Россия одна из многих современных электоральных автократий, «средняя по мировым меркам «нормальная страна»… Если сравнить с распределением школьников в классе, то Россия не выглядит ни «отличницей» мирового развития (подобно Норвегии), ни закоренелой «двоечницей» (как, скажем, Зимбабве), а, скорее, похожа на средненькую «троечницу» наподобие Аргентины».  Просто, как многие подобные страны, Россия испытывает «синдром посредственности»: мучительное осознание того, что представления о «величии и уникальности» никак не соответствуют реальному положению дел. В Аргентине, кстати, или в Турции – все то же самое.

И вот это помещение и размещение России в ряду «средних нормальных» страх, с подходом к ней именно как к середнячку в своем классе, - пожалуй, одно из главных достоинств книги. Потому что только когда мы имеем дело с типичным явлением, можно обсуждать причины и следствия, а также давать прогнозы.

Но именно по этой причине книге Гельмана не бывать сегодня учебником ни на одном факультете политологии ни одного российского госуниверситета.

Хотя на месте студентов я бы, конечно, под столом Гельмана читал, - как и я когда-то читал во время лекций по научному коммунизму Джиласа и Солженицына.

На вписке в Германии. Серия 3. Травяной сад, он же Kräutergarten

Это новый эпизод самого собой начавшего складываться сериала "На вписке в Германии". Первыми можно считать "Жизнь на районе" и "Немецкие дворы" (они в плейлисте "На вписке..."). На этот раз показываю "травяные сады", которые имеются в почти каждом уважающем себя немецком городе или монастыре. По крайней мере, в Южной Германии. Я и дальше собираюсь рассказывать о привычных для немцев (и крайне не привычных для русских) вещах. Например, почему в Германии люди часто ищут квартиру непременно на первом (или последнем) этаже. Материала отснято ещё на несколько серий... Подпишетесь на канал - будете всегда знать о выходе новой!

Персональная деградация - это столбовая дорога к счастью. Так, кажется, во всем третьем мире

"Росбалт" давно просил меня написать текст про счастье, в какой-то момент речь шла даже о "рецепте счастья". Такой есть, но он до предела персонифицирован: так инуиты шьют под свое персональное тело, как платья, каяки, чтобы вода не попадала даже в перевернувшуюся лодку. Нынешний мой немецкий Hintergrund - существенная, но не единственная составляющая моего счастья.

Текст на днях был опубликован, но сильно (хотя и с моего согласия) сокращен. Ниже восстанавливаю полный вариант. Он отчасти пересекается с моим последним видео о деградации довольно многих моих знакомых в России. К моему удивлению, это видео по просмотрам ушло в резкий отрыв на ютьюб-канале Губин ON AIR.

ИСКУССТВО БЫТЬ В РОССИИ СЧАСТЛИВЫМ

Русских вариантов быть счастливым два. Ты либо утыкаешься глазами в цветочки на даче, либо языком в задницу власти. Есть еще и третий вариант, но он по ту сторону закрытых границ.

Формула счастья известна любому биологу: мы счастливы тогда, когда ощущаем, что контролируем жизнь. Это как в автомобиле: на опасной дороге переднему пассажиру страшнее, чем водителю, хотя у водителя шансов погибнуть больше. Но у водителя лучше обзор встречной полосы, под ногой у него педали тормоза и газа, а в руках руль.

Конечно, чем хуже и опаснее дорога, тем меньше счастья, и русская дорога, русский путь (во всех смыслах) – это непрерывный стресс. Про это писал еще Некрасов в знаменитой поэме, которой нас в школе достали так, что мы уже толком не понимаем, о чем это он. А Некрасов о том, что на Руси никому жить не хорошо. Ни купчине толстопузому, потому что чиновник может вмиг разорить. Ни крестьянам братьям Губиным, потому что нет шансов разбогатеть. Ни царю, - и про царя нам особенно понятно: вы на сегодняшнего посмотрите, хватающегося за свою неотравляемую кружечку с крышечкой с той же силой, с какой он держится за власть. Как заметил Пелевин, вторя Некрасову, - назначение российской цивилизации состоит в переработке солнечной энергии в народное горе.

О том же и маркиз де Кюстин писал в 1838-м. «Когда русские едут в Европу, вид у них веселый, свободный, довольный; все выглядят счастливыми, как школьники на каникулах; на обратном пути те же люди приезжают с вытянутыми, мрачными, мученическими лицами».

То есть хочешь быть счастливым, - вырывайся из страны, хотя бы на время. Дело не в том, что ты живешь как-то не так, что недостаточно трудолюбив, талантлив, настойчив, - просто в России жизнь устроена по несправедливости. И ты сломаешь себе хребет, но ее не изменишь. (Замечу в скобках, что побег из загона, на манер Курбского или Нуриева, еще не гарантирует счастья, а лишь предоставляет шанс. Ограничусь очевидным: останься Нуриев в СССР, он, возможно, был бы успешен, но точно жил бы под страхом 121-й статьи).

Вопрос тогда такой: возможно ли быть счастливым в стране, созданной для счастья не больше, чем змея для полета?
Ну, конечно, - бывают периоды. В 90-х в Питере и я летал. Не только потому что был молод, счастливо женился и прочее, - а потому, что ветер тогда дул такой силы, что поднимал в небо любого, крылья же достаточно было иметь картонные. Все самые крутые люди были тогда здесь. Курехин, Десятников, Гребенщиков, Митьки, Балабанов, Гаркуша, Набутов, Нагиев, Невзоров, Ханин, Каравайчук, «Терем-квартет», Нетребко, Лопаткина, Махалина, Вишнева, Тимур Новиков, Мамышев-Монро, Трахтенберг, Шевчук, Тобрелутц, Бугаев-Африка. Я намеренно не по алфавиту и не по цехам. Но я не понимал тогда, что это было счастьем человека, которому дали на минуту глотнуть воздуха в проруби, прежде чем утопить, вдарив по башке веслом.

Повторю: вся наука, от американского нейроэндокринолога Сапольски до питерского физиолога Жукова, утверждает одно. Перманентный стресс лучше переносит тот, кто думает, что ситуация под контролем. Неважно, есть ли контроль, - важно его ощущение. Из лабораторных крыс в состоянии выученной беспомощности (это когда током шарахает со всех сторон) больше шансов выжить у тех, которые, например, грызет палочку, хоть от ударов это и не спасает.

Если ты в России, без грызения палочки – никак. У того, кто увлечен пейнтболом, или, не знаю, разведением узамбарских фиалок, шансов счастливым быть больше. В одряхлевшем СССР у приспособившихся к жизни в нем граждан непременно было хобби: тот марки собирает, та увлечена макраме, а этот – выпиливанием лобзиком или выжиганием. Домодельная чеканка «писающий мальчик», до сих пор маркирующая сортиры в жилье класса «советский эконом» - ископаемый остаток счастья той поры. Возьмите на заметку. Я серьезно.

Но есть и другой, более эффективный путь к русскому счастью. Подобраться поближе к тому рубильнику, что посылает разряды тока. Ни в коем случае не хвататься за него, - там драка такая, что лучше голым в муравейник: посмотрите, как силовики друг друга сажают. Но можно пойти в услужение. Я снова без шуток.

По-моему, один из счастливейших сегодня людей в России – глава Russia Today Маргарита Симоньян. Ее поносят, проклинают, обвиняют в негодяйстве и лжи, а она в ответ не ругается, но, как богиня, снисходит до жалостливого участия: что там, говорите, случилось с Навальным? Да ладно, вам, «отравили»… Просто сахар в крови упал, а надо было «рафаэлку» с собою брать, я вот всегда таскаю…Collapse )

"Какой светильник разума угас!" - подумал про сапиенса искусственный интеллект

Эта моя рецензия на книжку Макса Тегмарк вышла в "Деловом Петербурге". Астрофизик Тегмарк умен, обстоятелен, дотошен - и, увы, зануден. Или чересчур серьёзен. На что приходится делать поправку. Забавно, но в шорт-лист главной русской нон-фикшн премии "Просветитель" в этом году тоже вошла книжка про ИИ: "Искусственный интеллект и мозг человека" Владимира Губайловского. И вот я, как говаривали герои Достоевского, - в расстроенных чуфффствах. Две книжки чуть не подряд про ИИ - это уже на грани... Кто Губайловского осилил, - что скажете?



О ЖИЗНИ ПОСЛЕ ЖИЗНИ

Астрофизику и космологу Максу Тегмарку жизнь отсыпала математических талантов полной пригоршней – иначе бы он никогда не стал профессором в знаменитом MIT, Массачусетском технологическом институте. Литературных тоже отсыпала, но по остаточному принципу. В итоге о «Жизни 3.0» следует, разумеется, знать, - но лишь с оговорками рекомендовать. Я лично в злости и отчаянии прорывался через первые четыре десятка страниц, представляющей собой литературную утопию о том, как некие программисты создают искусственный разум, который прибирает мир к рукам, делая его куда как ми-ми-миленьким… Ну, кто читал Кампанеллу или Мора, тот поймет. Как ехидно заметил про такое чтиво еще Флобер, там всегда присутствует «идеал добродетельной демократии», который «похож и на ферму, и на прядильню».

Но через эти проклятущие 40 страниц Тегмарк все-таки меняет стиль. Не зря его спонсирует лично Илон Маск. От совершенно идиотской утопии он переходит к манифесту. Манифесту чего? Манифесту движения за дружественный человеку искусственный интеллект. Талантов и страсти Карла Маркса, разжегших не одну революцию из поленьев «Манифеста коммунистической партии», Тегмарку, конечно, недостает (может, и к лучшему), но прочие ингредиенты манифеста присутствуют. Совершенно ясна основная идея. Жизнь 1.0 была временем, когда и «хард» (тело) и «софт» (определяющий поведение живого существа) могли меняться лишь под воздействием эволюции. Жизнь 2.0 – это время человека, когда «софт» создается им самим и непрерывно меняется. А жизнь 3.0 начнется, когда ее представитель сумеет сам менять свой «хард». Когда, скажем, искусственный интеллект примет решение начать производство компьютеров нового типа для выполнения собственных целей. И не факт, что эти цели совпадут с целями людей. Если человек – приводит пример Тегмарк – строит гидроэлектростанцию, его не останавливает гибель муравьев, пусть даже специально желания затапливать муравейник у него нет. А зона человеческого «затопления» в результате развития искусственного интеллекта растет день ото дня. Компьютеры несопоставимо быстрее нас считают, давно обыгрывают в шахматы любого Каспарова, и вот-вот опередят людей в распознавании образов и вождении автомобиля. И не нужно утешать себя, что компьютеры «неживые»: ведь жизнь, по Тегмарку, – это просто «самовоспроизводящийся процесс, сохраняющий свою сложность», и для обработки информации годится любая материя, способная хранить информацию: хоть кремниевые кристаллы, хоть органические полимеры...

И вот здесь, с этих страниц, разъясняющих, как вообще неживая материя способна производить математические операции, да еще и, при определенных условиях, самообучаться, - читать Тегмарка становится действительно интересно. Читать про то, что такое «универсальный компьютер» Тьюринга и какие последствия у этой идеи. Читать про наделение летального оружия собственным интеллектом: я даже подпрыгнул, когда прочитал, что в свое время два советских офицера, Станислав Петров и Василий Архипов, предотвратили атомную войну, отказавшись нанести ядерный удар по США, хотя по инструкции были обязаны. (В первом случае имело место ложное срабатывание системы противоракетной обороны, во втором – паника во время Карибского кризиса на борту подводной лодки с ядерным оружием на борту…)

Хотя опять же – это очень непростая футурология, близкая к учебнику «Введение в…»: никакого сравнения с легкими, воздушными «Киберномикой» и Барлоу или «Netoкратией» Барда и Зодерквиста. Хотя и стоящая с ними на одной книжной полке.

Даже не знаю, к какому выводу подвести. Ну разве что – у книги есть аудиоверсия: попробуйте послушать ее на утреннем джогинге. Начитал ее Александр Клюквин – тот самый, кто записал все аудиокниги Бориса Акунина и чьим голосом в России говорит с киноэкрана Роберт де Ниро. К этому голосу уж точно ни одной претензии нет.

Правила деанона (которые применимы ко всем, кто работает на государство)

Текст вышел на днях в "Деловом Петербурге", где, правда сняли абзац про Крым. Ниже привожу полный вариант.

Правила деанона в эпоху тихарей

На события в Белоруссии из Казахстана или России смотришь, как из кинозала. На экране – психодрама. Сюжет ясен до боли, ведь все постсоветские автократии вступили в глубокую осень. Все прошли первую стадию из пяти перед лицом неизбежного: отрицания реальности. Лукашенко продвинулся дальше: у него уже вторая стадия, - гнева. Он ненавидит всех молодых и здоровых (я использую знаменитую классификацию из книги Элизабет Кюблер-Росс «О смерти и умирании»). Кажется, Лукашенко перешел уже к третьей стадии: торга. Пока что – с Владимиром Путиным.

Интересно наблюдать за эволюцией режима Лукашенко. Например, для выражения гнева и отрицания он использует не просто силовые структуры, а - анонимные. Какие-то, черт его знает, спецназовцы с закрытыми лицами: без имен, группы крови и порядкового номера на рукаве, что делает их похожими на мусульманских жен из гарема набоба. Вот появляется набоб с автоматом: «Спасибо! Вы красавицы!.. Э-э-э… Красавцы!» - в ответ крики любви из-под паранджей. Хотя, если серьезно, анонимизация силовиков – это прием, перенятый у палестинских комбатантов с замотанными «арафатками» лицами, швыряющих камни в израильскую полицию. Власть научилась у противников власти.

Следующий этап белорусской силовой эволюции – выскакивающие из машин без номеров «тихари» в балаклавах, хватающие лидеров протеста. Тоже заимствование: «титушки» и «тихари» действовали в Киеве в 2014-м, и в том же году российские «вежливые люди» без знаков отличия, на белых «камазах» без номеров, пересекали границу Украины, не забывая заехать на особо интересные военные объекты.

Интересно, что в ответ на государственную анонимность в ответ всегда следует деанон. В России самые знаменитые деаноны проводил интернет-проект Billingcat (это он разобрался с именами Боширова-Чепиги и Петрова-Мишкина, а также с маршрутом «Бука», сбившего малазийский «Боинг»). А вот в Белоруссии деанон стал уделом масс. С силовиков там теперь срывают балаклавы, делают снимки, а дальше – вопрос времени: узнать, как зовут, где и с кем живет. (И как бывает интересно обнаружить в гареме Лукашенко петербуржцев!)

И вот тут начинается опасная зона.

Если мы считаем святым правом семьи Навального не раскрывать данные о его здоровья, и с презрением относимся к докторам, наплевавшим на приватность и врачебную тайну, то как можно поддерживать деанон тех же омоновцев? Получается снова: своим можно все, чужим ничего. Тогда, когда созданная Лукашенко система падет, поменяется лишь Лукашенко, а не система.

У деанона нет пока что ни идеологической платформы, ни, так сказать, кодекса чести. Но я бы для платформы и кодекса пару пунктов все-таки – с прицелом на будущее – понабросал.

1. Принудительный деанон можно применять только к тем, кто работает на государство. Пошел на госслужбу – будь готов к тому, что твое имя, лицо, размер собственности и доходов будут известны всем. Нет безымянных силовиков. Есть рядовой Степан Степанов, дядя Степа-милиционер.

2. Принудительный деанон нельзя применять по отношению к частным лицам, как бы этого ни хотелось. Можно ли применять к бизнесменам, сросшимся с государствам – вопрос. У меня ответа нет.

3. Нельзя деанонить личную жизнь: детей, жен и мужей, любовников и любовниц. На публикуемых снимках их нужно размывать.

4. Нельзя раскрывать частные данные (телефон, точный адрес), хотя закрытые базы данных вести разумно. Если новая пришедшая к власти группа решит начать люстрацию (а шанс есть), тогда эти базы и пригодится. Но не раньше.

5. Необходимо давать шанс на объяснение, оправдание, потому что риск ошибок велик, и они в Белоруссии встречались. Если совершена ошибка – ее нужно публично же исправлять, принося извинения.

6. Никаких призывов к самосуду. Деанон – это апелляция к общественному мнению, общественному о(б)суждению и, не смейтесь, к совести (людям, да, свойственно меняться). То есть это не столько наказание, сколько вклад в будущее, включая будущие суды.

Звучит странно и не по теме дня? Ну, так это пока. Неизбежное потому и неизбежно, что его никому не удается избежать.

Россия: персональная деградация от Угольникова до Захаровой через Прилепина

Не знаю, удалось ли в этом ролике на ютьюб-канале "Губин ON AIR" четко првести главную мысль. Человек рождается с определенным(и) талантам(и). Среда может быть дружественна эти талантам, может - враждебна. Но главная твоя ответственность - именно за свой талант. А если он уникален - то десятерная. Моцарт может и родиться в колхозе, но тогда надо из колхоза бежать. Моцарт может и влюбиться без памяти, но тогда надо продолжать сочинять. Предательство - это когда ты размениваешь талант на текущий комфорт, и это предательство всегда ведет к деградации: как минимум к профессиональной, но обычно и к личной (не минуя, как правило, и интеллектуального оскудения).

Оливье Гез. Исчезновение Йозефа Менгеле: книга, по которой собирается снимать фильм Серебренников

Издательство "Книжники" прислало мне эту книгу (бог знает, откуда у них мой адрес), сообщая в сопроводительном письме, что именно по ней Кирилл Серебренников намерен снимать фильм. В общем да, Серебренников действительно собирается снимать фильм о докторе-садисте из Аушвица - причем, насколько знаю, показывая мир его глазами. Будучи в бегах, прячась в Латинской Америке, доктор Менгеле (патриот Третьего Рейха, убежденный нацист и отличник учебы) до самой смерти ни в чем не раскаялся. И, разумеется, интересно понять, почему. Тема зла, которому не воздается на Земле, - великая тема, и роман, в котором Раскольников избегает каторги и делает карьеру, мог бы быть более велик, чем "Преступление и наказание". Однако сама по себе беллетризованная биография Менгеле в исполнении французского публициста Геза - так, ничего особенно, обычный добросовестный средний том, который легко мог быть издан в серии ЖЗЛ, в которой много про каких примечательных палачей добросовестно и заурядно написано. Однако есть в этой книге пара тем, которые мне все-таки показались заслуживающими достаточного внимания, чтобы книжку, прочтя и зевнув, не убирать в книжный файловый шкаф навсегда...

Я на этой неделе в эфире "Эха Петербурга": видео и расшифровка

На сайте "Эха" появилась расшифровка последнего эфира со мной и Татьяной Троянской.
Можно, впрочем, посмотреть и отдельно эфир:



Ну, а кому the word is not enough, - милости прошу на мой ютьюб-канал "Губин ON AIR", хотя бы вот сюда, где, к слову, на все новинки можно подписаться.
И посмотреть, например, вот это последнее из записанных мной видео:

Еще раз: почему в России орут, а в Германии молчат

Тут мне написали, что смотрить ролики на ютьюб-канале "Губин ON AIR", пусть и про Навального, ну совсем неохота, потому что в текстах я свои идеи выражаю лучше. А перед тем писали, что вот когда я говорю, то все понятно, а когда пишу, то больно уж путано.

Это я не к тому, что, блин, чего ж вы хотите, да еще за бесплатно?! - ну, понятно, что кому поп, кому попадья, а кому свинячий хрящик. Этро я к тому, что я сам больше всего люблю буквы на бумаге. Я человек книги. Мне бы, конечно, следовало родиться евреем в толерантной стране эпохи Возрождения - ну, хоть в Венеции, что ли, - изучать Тору, Мишну и Талмуд. О, я был бы начетчиком! О, я бы умел язвительной цитатой взбесить оплошного врага!.. Однако ж увы. А поскольку я и без Венеции и иудаизма человек книги и текста, то вот вам еще один из моих последних текстов, пусть и про Навального. Опубликован был неделю назад на Росбалте, ниже даю авторский вариант.

Доктор Рошаль, супруги Навальные и молчание клиники Charité

Юлия Навальная в минувшие выходные очень резко ответила доктору Рошалю. Тот, как известно, предложил создать русско-немецкую врачебную комиссию для обсуждения отравления Алексея Навального. «В связи с этим, доктор Рошаль, - заявила Юлия Навальная, - я хочу сказать: мой муж - не ваша собственность. Вы не имели, не имеете и не будете иметь никакого отношения к его лечению. В первую очередь потому, что при отравлении ФОС не нужна помощь педиатра, а кроме того, вся ваша публичная деятельность последних лет не даёт мне ни малейшей возможности доверять вам и уважать вас. Вы выступаете не как врач, а как голос государства, и хотите не помочь больному, на которого вам плевать, а выведать информацию и выслужиться. Не берите грех на душу, особенно в столь почтенном возрасте».

Оп-с. Это сильнее, чем публичная пощечина старому доктору. Это, пожалуй, как каблуком по…

…В тот же день, когда Навальная отвечала Рошалю, я звонил маме. Она живет в Иваново, и ей почти 80, но она следит за новостями. И она меня как раз спрашивала по поводу предложения Рошаля – что я думаю? Ей самой оно казалось разумным. Кроме того, мама недоумевала, почему немецкие врачи молчат о здоровье Навального. Скрывают? Зачем? Почему бы немцам не раскрыть информацию, на которой настаивает русская сторона?..

Чтобы было понятно: мою маму возмущает многое из того, что случилось с Навальным в Омске. Возмущает, что жену не пускали к мужу, что главврач омской больницы Мураховский врал, - у нее в целом нет Омску веры. Но молчание немцев ее тоже смущает. Я чувствую, что она близка к очевидному (для нее) выводу: «Да и те, и те хороши! Темнят обе стороны, а правды не узнать».

И тогда мне приходится маме расcказать кое-что про Германию. Потому что устройство Германии противоположно устройству России во всем, что касается прав и свобод человека, да и вообще частной жизни. В Германии даже конституция начинается с утверждения, что достоинство человека неотчуждаемо («Die Würde des Menschen ist unantastbar»). В Германии поэтому невозможен суд, где подсудимый сидит в клетке, как зверь, да еще от него еще и требуют обращаться к судье «Ваша честь». В Германии закон защищает маленького и слабого человека от произвола государства, - а не наоборот. Вон, недавний пример, - демонстрации ковид-отрицателей (таких в Германии называют «ковидиотами»). В Берлине их собралось почти 40 тысяч человек. И власти Берлина эту демонстрацию, с учетом эпидемии, запретили, хотя вообще-то власть не имеет права демонстрации запрещать, а имеет обязанность их охранять. Но суд Берлина этот запрет городских властей взял – и отменил. И такое в Германии – суд отменяет решение властей – сплошь да рядом.

А еще нагляднее разница между Германией и Россией на примере действия Privatdatenschutz, закона защиты персональных данных. В Германии под защиту от несанкционированного распространения попадают не только телефон или адрес, но и внешность. Без моего согласия никто не вправе публиковать, хоть и в соцсетях, снимок, где я попал в кадр. Я не обсуждаю сейчас, перегиб это или нет (с мой точки зрения – перегиб). Однако на мой немецкий номер невозможен звонок со словами: «Герр Губин, у нас для вас уникальное коммерческое предложение». В то время как на звонки на русский номер я давно не отвечаю: в 99% случаев мне навязывают товар, потому что кто-то скачал и продал базу данных либо моего банка, либо интернет-магазина, либо поликлиники. В Германии такой слив повлек бы расследование и суд.

И, конечно, так же жестко защищают данные о состоянии здоровья. В Германии исключена ситуация, когда главврач клиники, какой-нибудь Herr Murakhowski, сливает прессе без согласия пациента или его родных диагноз, а заодно и анализ мочи, в которой нечто сомнительное нашли.Collapse )