dimagubin (dimagubin) wrote,
dimagubin
dimagubin

Categories:

В питерском механизме что-то сломалось; объединявшее разъединяет

Текст вышел в "Деловом Петербурге" еще в пятницу, ниже даю оригинал. Думаю, им при желании легко оскорбиться. Вообще, конечно, когда узнаешь российские новости - ощущение, что заклепки еще не отлетают, но вибрация будь-будь. Режим хочется пережить просто потому, что хочется посмотреть на ту фантасмагонрию, которая в России начнется. Вот будет кавардак! Вот парад мести!.. Впрочем, сейчас про другой парад.

Блокада, голод, парад, гололед

Что-то в питерском сломалось механизме, - и, возможно, не только в питерском.

Блокадная память всегда была цементом в ленинградском фундаменте – как и военная память в советской. День снятия блокады был днем городского единства. Снимались все противоречия между ментами и трассовыми шалавами, профессурой и лиговской гопотой, коммунистами и вольными художниками: водное перемирие. У всех кто-то в блокаду лег, у кого – в могилу на Волковском, у кого – на Серафимовском. Говорили тихо, вспоминали. Щелкал на улицах блокадный метроном, - он долго еще работал: как всякий случай, проверка связи.

А в этом году 27 января –  натуральный день раздора. Люди из Смольного усердно докладывают, что существует день скорби (8 сентября, когда кольцо замкнулось), а в январе должен существовать праздник уничтоженного кольца с военным парадом на Дворцовой площади. А их в упор не слышат какие-то чудики, собирая против парада подписи: их коробит и от милитаризма, и от огосударствления частной истории.

О, русский чиновник! Он всегда умел приписать государству, то есть государю, все победы, сколько бы частных жизней ни скрывал могильный курган. А блокада есть именно сумма частных трагедий: именно это ощущение, кстати, всех и объединяло. Хотя бы потому, что не было «героической обороны» Ленинграда: Гитлер не наступал, а ждал, когда все и так вымрут. Вместо героической обороны была жуткая история о том, как в ХХ веке промышленный город вдруг отматывает назад семь веков, превращаясь в Козельск, осажденный Батыем в 1238-м. Ни водопровода, ни канализации, ни отопления, ни продуктов. Героически умереть, сражаясь за каждый камень, были готовы многие: доты строились прямо в центре, - один, например, был в Толстовском доме на Фонтанке. А вот умирать в Козельске, когда единственным доступным героизмом была достойная смерть, то есть от голода, но без укорота чужой жизни, - такого не ожидал никто. Поэтому разговоры и возникали, да-да, что лучше бы сдаться. И на тех, кто вел такие разговоры, писали доносы, и жертвой такого доноса стал, например, Даниил Хармс. А вот организовать ловлю рыбы сетями на Неве – это, опять же, даже в голову не приходило. И в школах училки по-прежнему твердят детям не про Ленинград-Козельск, а про мужество обороняющихся, стоявших, например, у зенитных орудий, - да только немецкие самолеты сбрасывали бомбы поверх их огня, неприцельно: целью было запугать. И в Большой дом, штаб-квартиру НКВД, ни одна бомба не попала, а в дом Хармса попала.

И вот эта история блокады как частного переживания так же отличается от огосударствленной истории «героической обороны», как реальные истории 28 панфиловцев отличаются от мединского лубка про 28 героев-панфиловцев.

Вот почему меня не напрягают никакие частные инициативы, связанные с военными датами – ни исторические реконструкторы, ни следопыты, ни «Бессмертный полк» - но пугает, когда государство, вызвавшись якобы помогать, подменяет и подминает под себя эти инициативы. Посмотрите, во что теперь превратился «Бессмертный полк», в какое военно-патриотическое шоу, где главное теперь громкая коллективная любовь к Родине, а вовсе не тихая семейная память. И по этой причине томич Сергей Лапенков, один из тех, кто придумал «Бессмертный полк», в рядах полка больше не ходит.

Нормальное государство должно обслуживать частную память: оно вообще должно обслуживать частного человека. Это и есть его работа, вроде консьержки или председателя ТСЖ. Пустить в день снятия блокады дополнительные автобусы от метро до кладбищ с блокадными могилами (идеально – оплатив из бюджета). Позаботиться на кладбищах о жаровнях, чтобы было где греться, и о прочих удобствах, чтобы не было как на Мамаевом кургане, где при строительстве никто не думал, как будут инвалиды подниматься по 200 гранитным ступеням и в какие кусты пойдут по нужде.

А можно и просто хотя бы на один день (я уж молчу про всю зиму!) очистить улицы от снежных торосов и бесконечного, ни песком ни гранитной крошкой не присыпанного льда, чтобы не приходилось скользить, семенить и падать, и набивать синяки, и ломать кости, чертыхаясь и матерясь: 2019 год, а на улицах – до сих пор как в блокаду.
Subscribe
promo dimagubin march 23, 2016 11:38 38
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments