January 2nd, 2021

Чтение под ёлкой: история одного гопника. Святочная история

Обычно я заканчивал и начинал год чтением очередного тома "Истории российского государства" Акунина. Замечу (как и сам Акунин в предисловии к первому тому замечал), что из всех вариантов национальных историй там выбран лишь один: истории государства. Потому что многих вариантов истории в России (по сравнению с Западом) попросту нет или есть в крайне непродолжительном варианте. Или в неразработанном, неизученном варианте. Попробуйте написать, а пуще того - возгордиться историей русского общества. Или костюма. Даже истории русских искусств лет всего ничего. Это я не к тому, чтобы потоптаться по и без того уязвленной национальной гордости великороссов, а к тому, что с историей в России следует быть крайне осторожным. То, что обычно называется "историей", есть, как правило, история правящего класса. И это "история" до сих правящему классу принадлежит, а потому он и обращается с ней по своему разумению, а других заставляет восхищаться своей собственностью. Тут, конечно, классика жанра - товарищ Сталин и краткая история ВКП(б) или господин Путин и его история Второй мировой, сведенной дедушкой из бункера к русской локальной. Нельзя сказать, что во французской школе "Анналов" русский историк совсем не учился: достаточно посмотреть на недавние книжки по советской социальной антропологии, издающиеся, большей частью, издательством НЛО или Corpus (но не только). "Время Торгсина", "Пассажиры колбасного поезда", "Советская повседневность", "Опасные советские вещи", "Это было навсегда, пока не кончилось", - это малая часть, касающаяся советского времени. Но можно сказать, что все эти истории не рассматриваются как "настоящая" история даже русским образованным классом, - он к ним относится примерно как к понятию "гендер", глубоко пребывая в убеждении, что это все штучки-дрючки для бесящихся с жиру. На самом же деле, история населения, заменяющего в России народ, дико важна и интересна хотя бы с точки зрения тягания строя с властью (определение Давида Самойлова). Без истории населения не понять, почему Горбачев или Ельцин были сначала обожаемы, а потом презираемы, и почему Россия сегодня пошла по пути даже не реставрации, а туркизации (не сказать бы иранизации)...

Впрочем, я ушел далеко в сторону. Возвращаюсь к Акунину. Так вот: очередной том его "Истории государства" в ожидаемый срок не вышел. Вероятно, не в последнюю очередь из-за ковида, которым Акунин переболел еще в первую волну. Поэтому для меня 2020-й окончился параллельным чтением "Все свободны" Зыгаря, "Говорит и показывает Россия" Островского, "Почему одни страны богатые, а другие бедные" Аджемоглу и Робинса (тут как раз подоспело ее переиздание, что характерно, уже без предисловия Чубайса, который давно молчит в свою золотую тряпочку).

Это все безумно интересное чтение, и рецензии, включая видео, я на него сделаю, - но все же это не вполне новогоднее, и тем более не рождественское, не святочное чтение. На святки всегда ведь нужна история про шел-по-улице-малютку, который посинел-и-весь-дрожал, но потом все-было-хорошо. И мне такая история как раз попалась - и аккурат прошлым декабрем. Это история о том, как американский гопничек пробивается в верхи общества. То есть, формально, по внешней канве, это история Прилепина, но по внутренней - прямо противоположная история Прилепина. Потому что у американского гопничка по имени Джея Ди Вэнса - внутренний подъем, а у Прилепина - глубочайшая нравственная деградация.

Рецензия была опубликована в "Деловом Петербурге", ниже перепощиваю.

ПРО АНАТОМИЮ ГОПОТЫ

Джей Ди Вэнс. Элегия хиллбилли. История жизни одной семьи в условиях кризиса - М.: Бомбора, 2020.



Эта книга попала в мой список случайно. И втянула в себя, и затянула – как в водоворот. Труман Капоте – тот самый, который написал «Завтрак у Тиффани», но который был и выдающимся мастером нон-фикшн, - вот он в своем документальном «Хладнокровном убийстве» умел так же водоворотно и затягивающе описывать жизнь Америки со всем ее укладом и бытом.

Хиллбилли, то есть «Билли с холма», - это рабочие ирландского и шотландского происхождения из американского Ржавого пояса, живущие в каком-нибудь Мидлтауне в Огайо, моногородке и монодыре, в которую люди сползают вместе с некогда процветающим, а теперь загнивающим промышленным гигантом. В общем, это саньки и ваньки с Пырловки, быдло, белая гопота, не взрослеющая до старости, бьющая в морду за один намек на оскорбление, садящаяся на наркоту и приносящая в подоле еще в подростках, порой неплохо зарабатывающая, но тратящая (на глупости) в разы больше, а оттого торчащая не только на героине, но и на микрокредитах. Такие вполне себе герои Прилепина. Но разница между Прилепиным и Вэнсом в том, что Прилепин своей гопотой любуются и во всем оправдывает, а Вэнс ее любит, но не прощает ни одной из мерзостей никому – даже собственной матери.

Сам Джей Ди Вэнс (чуть было не написал «главный герой», что тоже верно, но книга – не вымысел, а чистейший и честнейший нон-фикшн) – это парень, который из всего этого сумел выкарабкаться,Collapse )
promo dimagubin март 23, 2016 11:38 37
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…