May 18th, 2020

Соломенный Кремль

Тут на сайте Republic.ru - он предоставляет материалы только для подписчиков, но я, например, второй год на него подписан, хотя почти исключительно ради Кашина - вышел неделю назад и мой текст. В ходе сложной литературоведческой дискуссии с редактором (был ли домик поросенка Ниф-Нифа сплетен из веток или выстроен на песке или и то, и другое?) название изменилось на "Соломенный Кремль", а кое-что сократилось. Поскольку "период охлаждения" с публикации истек, я, к радости составителей моего академического собрания сочинений, привожу ниже первоначальную версию.

РОССИЯ КАК ДВОРЕЦ НИФ-НИФА

Если будет идти, как идет, Россия до середины мая выйдет на второе место в мире по числу ковид-инфицированных.

Хотя еще недавно были все преимущества периферийной страны.

Во-первых, временной лаг. Когда пандемия уже накрывала Запад, в России были тишь да гладь, - можно было успеть набраться чужого опыта, научиться на чужих ошибках и, как минимум, успеть грамотно ввести карантин.

Во-вторых, положение сбоку припеку Европы в сочетании с бедностью. Русские старики вечерами вместо кафе и ресторанов сидят по домам, две трети россиян не имеют загранпаспортов, а внутренняя транспортная сеть и цены таковы, что много не попутешествуешь.

При этом – в-третьих – в России немало квалифицированных врачей (включая инфекционистов и реаниматологов) и недурно оборудованных больниц.

Однако все это, как видим, не сработало. Коронавирус поступает с Россией, как волк с домиком Ниф-Нифа, выстроенным на песке: в том числе высыпавшемся из утратившего связь с реальностью, досрочно состарившегося русского правителя. И это не просто метафора.

Если не обращать внимание на глупости, написанные в конституции и тиражируемые пропагандой, Россия по своему устройству - сословная вотчинная автократия. Тут я использую, чуть дополняя, термин знаменитого русиста Ричарда Пайпса (он называл русский строй patrimonial autocracy, подчеркивая, что он неизменен примерно со времени Ивана III). Единоличный правитель распоряжается страной, как своей вотчиной: примерно так распоряжается дачник грядками или банькой. И даже социальные классы, на Западе отражающие отношение к собственности и месту в общественном производстве, в России представляют собой сословия: группы, которым автократ по личной воле делегировал часть принадлежащей ему собственности или власти. Таково российское властное сословие: госбизнесмены, губернаторы, министры, генералы ФСБ, ФСО, полиции и прочих охранительных силовых структур, председатели значимых судов, ректоры важнейших вузов, руководители пропагандистских медиа, - в спектре от Аркадия Ротенберга до Маргариты Симоньян. Про властное сословие я уже писал и буду писать еще: оно заслуживает отдельного внимания, потому что Путина переживет и определит новый формат существования страны (в котором, скорее всего, будет попытка рассосредоточить верховную власть). Но сейчас не об этом. Важно, что все эти люди одарены шубами с царского плеча не просто так, а за профессионализм. Состоящий в умении соответствовать иллюзиям правителя, включая полную и демонстративную (до самой лизоблюдской лести) лояльность и умение эти иллюзии поддерживать в таком состоянии, чтобы сам автократ в них верил. В этом смысле властные сословия при Николае II, Брежневе или Путине конгруэнтны. Как конгруэнтны Путин, Брежнев или Николай II, который, отвечая на вопрос переписи о роде занятий, честно сказал: «Владелец земли русской».

И тут, чтобы понять, как и почему поступает вирус с Россией (а также дать прогноз на развитие эпидемии), нужно укрупнить оптику. Забыть на время про Ротенбергов-Симоньян и сосредоточиться на самом автократе, поскольку формула, некогда данная главой марионеточной Госдумы Володиным «Путин – это Россия, Россия – это Путин» не только угодлива, но и точна.

Текущая жизнь России действительно определяется тем, что творится в голове ее правителя. А в голову Путина залезть можно, используя простую отмычку: «По делам их узнаете их».

Тогда окажется, что Путина (или Россию) следует свести к двум интенциям, которыми они одержимы.

Первая – это личная, персональная безопасность. Феерически виды безлюдной, зачищенной от людей Москвы, по которой мчится бронированный президентский кортеж к столь же зачищенному месту инаугурации. Шестеро охранников, сопровождающих русского царя в Елисейском дворце в туалет. Почти непременный легкий бронежилет под пиджаком, превращающим Путина из мужчины с неплохой фигурой в эдакого Брекекекса. Офицерши госбезопасности, переодетые продавщицами мороженого… Стены из пуленепробиваемого стекла возле памятников, где Путин намеревается возлагать цветы; создание гиперзвуковых ядерных ракет; разрешение использования силовиками оружия против гражданского населения; феерически раздутый штат ФСБ и ФСО; контроль за каждым чихом в интернете, - на это на все уходит значительная часть российских, то есть путинских, средств. Помимо физической безопасности, силы уходят и на безопасность политическую. Никто не должен составлять Путину конкуренции: ни играющий роль зиц-председателя Фунта премьер-министр, ни занимающийся примерно такой же пост лидер формально оппозиционной партии. На вопрос «кто, если не Путин?» - должен быть только один ответ: никто. Ты на свете всех умнее, всех румяней и белее.

Вторая (но главная) игрушка Путина – это геополитика, воспринимаемая по формуле Маяковского: как возможность «царства в карте стирать». Неважно почему, но нынешнее мироустройство кажется Путину несправедливым: возможно, потому, что «старшие западные мальчики» всегда насмехались (как ему казалось) над ним, а затем и вовсе убрали из G7. Важно, что именно так Путин думает и действует. Ему, как и Александру I, скучна внутренняя российская жизнь: пусть с нею разбираются губернаторы и министры. А сам Путин будет лично менять карту мира, стирать и создавать царства, утирая нос и щелкая по носу тот мир, который не признает его величия. Психиатры либо клинические психологи однажды прокомментируют нам психическую эволюцию Путина. Но факт, что как геополитик он перешел от контроля над пространством к контролю над временем. Это в начале своей карьеры Путин мог довольствоваться победой над Саакашвили в Южной Осетии и Абхазии. Это когда-то его удовлетворяла гибридная война на востоке Украины (этой язве по сей день надлежит оставаться саднящей: такова его, Путина, личная месть Украине за самостийность) и молниеносный аншлюс Крыма. Все это были, в конце концов, локальные постсоветские истории. Но вторгаться в жизнь глупой, дряхлой, утратившей навык войны Европы, направляя в нее точечно потоки беженцев из какой-нибудь Сирии, наставлять нос США где-нибудь в Венесуэле – о, вот жизнь! Какой простор! Какие исторические задачи! И, наконец – венцом на челе и кометой в небе – должна была явиться новая, путинская история Второй мировой, превратившейся в жалкий эпизод Великой Отечественной, где есть единственный победитель и где Путин – единственный победителя наследник.Collapse )
promo dimagubin март 23, 2016 11:38 34
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…