November 5th, 2016

Довлатов и князь Владимир как близнецы-братья. Народ, нужна помощь!

Вся скульптура, которая появляется на российских улицах-площадях, соответствует сегодня минимум одному из двух условий:

1) это памятник, то есть посмертное возвеличивание той или иной персоны;
2) это унылое, говоря слогом Ксении Соколовой, говно.

Если перед нами бронзовый котик/фотограф/городовой/сапожник/дворник, то соответствие обычно проходит по 2 пункту, то есть достигает 50%. Это такое овеществление вкуса советской завбазой, "сделайте нам красиво".

Если перед нами памятник, то соответствие, как правило, достигает 100%.

Показательные в этом смысле два памятника, почти одновременно появившихся в Москве и Петербурге. В Москве - князь Владимир у Кремля, очень плохая работа скульптора Салавата Щербакова. В Петербурге - Сергей Довлатов на Рубинштейна, плохая работа Вячеслава Бухаева.

На первый взгляд - сравнение прекрасно иллюстрирует разницу между двумя столицами.

Во Владимире 17 метров, он воткнут в Москву как кол в задницу, а решен в "губернаторском стиле" а-ля Церетели-ст., к такому памятнику только похоронные венки от ЦК приносить, а назначать свидания у него невозможно.



Довлатов изваян в масштабе один к одному, стоит у стены дома, где жил, свиданки рядом назначать запросто, как и уличным музыкантам играть, а стиль - эдакий интеллигентский импрессионистический реализм. То есть узнаваемо, но как бы шероховато, не глянцево как бы так.



На самом деле обоих авторов и оба памятника объединяет полное отстутствие мысли, идеи, послания. У обоих авторов героев можно заменить на других. Чуть подретушировать Владимира и сунуть в руку дерево - будет Мичурин или Тимирязев, дать весло - будет Петр, сунуть дилдо - будет Рокко Сиффреди (ну, тогда одежды будет развиваться, оголяя). Это ни о ком и ни о чем. Так ваяет свои творенья Зураб Церетили: памятник один, а за кого заплатят, того лицо и прилепим. У него что Колумб, что Петр, - да он и не скрывает.

С Довлатовым та же беда - это мог быть и Есенин, и Шукшин, и кто угодно из двери, в которую прет задушевность. Но, к сожалению, тут даже хуже, чем с Владимиром-Петром-Колумбом. Бухаев, будучи архитектором, не решил примитивной архитектурной задачи. Он не смог даже вмонтировать дверной косяк в брандмауэр, чтобы Довлатов-Есенин-Шукшин выходил из своего дома в, простите за задушевность, с того света в этот в виде полыхающей огнями ресторанной улицы Рубинштейна.

Должен сказать, что актер Жан Маре, решив установить на Монмартре памятник своему другу писателю Марселю Эме (ну да, который написал Le Passe-muraille, - "Человека, проходящего сквозь стены"), решил ту же задачку на раз-дваCollapse )
promo dimagubin март 23, 2016 11:38 37
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…