March 25th, 2015

Пара камней в огород при Русском музее: ну, как меня арестовывали в Летнем саду

На Росбалте вышел мой текст про то, как меня пытались уконтрапупить охранники за бег в Летнем саду (сад ныне относится к ведомству Русского музея).
С Росбалтом у меня простая договоренность: они публикуют мои тексты в том виде, в каком считают нужным, но не меняют основную мысль. А я затем публикую их в своем ЖЖ в том виде, в каком считаю нужным я.
Поскольку при публикации исчезли все мои камни в личный огород директора Русского музея Гусева, полагаю, что самое время камнепад восстановить.
Словом - наслаждайтесь. А тираны мира - трепещите.

БЕГ В МЕШКЕ ПО ЛЕТНЕМУ САДУ

Утро пятницы, Питер.
Я вбегаю в Летний сад. За мной Нева и решетка Фельтена, на ногах кроссовки, в ушах 6-я симфония Чайковского, а в планах часовой джогинг. Нет ничего прекраснее бега трусцой в отходящем от зимы парке!
Из будки, широко расставляя руки, шагает навстречу ко мне охранник.
- …гать по музейной территории запрещено!
Что?
Я обрываю adagio первой части в сладчайший момент, когда скрипки плачут о невозможности счастья. В полуминуте отсюда, на Фонтанке, 6, Чайковский учился на правоведа.
- Бегать по территории сада запрещено! Это музей! По территории музея бегать запрещается!
У меня большой опыт общения с российским охранником. Охранник чувствует во мне классового врага. Но если в Москве охранник боязлив, потому что не знает, на кого нарвется, то в Питере, в отсутствие видовой конкуренции, размордел. На Московском вокзале охрана однажды меня вязала за то, что сидел на ступеньках. У Владимирского пассажа охранник не давал пришвартовать велосипед. А в World Class на Ефимова, стоит задержаться на минуту после закрытия, охранник Александр ведет себя со мною, как печник с Лениным. Неловко, знаете ли, ощутить себя вождем мировой революции…
С охранником бессмысленно спорить. Спрашивать, отчего на ступеньках нельзя сидеть. В случае конфликта обычно прошу вызвать милицию. Или задаю вопрос, ответ на который позволит охранника переиграть.
- А спортивной ходьбой у вас заниматься можно?
- Э-э-э… Спортивной ходьбой можно!
Я так и знал, что он отреагирует слово «ходьба». А теперь – пусть догонит меня. Если сможет. И покажет желтую лопатку за потерю контакта ноги с землей.
Смысл работы охранника – оправдать свое существование на Земле. Унижение чужака отлично для этой цели подходит. И бог бы с несчастным мужичком-охранником совсем, но, к сожалению, унижение, к которому относится любой бессмысленный запрет, является ядом для унижаемого. Даже такого индифферентного к внешней среде, как я. Широта allegro non troppo первой части «Патетической» сменяется балетным манерным allegro con grazia второй, - но, я, увы, больше не могу отдаться музыке.
Вместо этого я отдаюсь мысли, которая, как и охранник, нехитро злобна. Мысль состоит в том, что я что не-на-ви-жу директора Русского музея Гусева. Гусева Владимира Александровича, превратившего живой публичный сад в мертвый музей. Все, к чему в последние годы прикасается Гусев, превращается в мертвечину. Может, ему в глаз попал кусок злого зеркала, и он сам превратился в сказочного Кая – ну, Кая Юлия? Ведь больше не тот Гусев, что возглавил музей в голодном-холодном 1988-м. Не тот Гусев, что сделал первые в стране выставки-блокбастеры с разрушенной стеной между музеем и жизнью.Collapse )
promo dimagubin march 23, 2016 11:38 39
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…