September 29th, 2012

Воинствующий божник. - Мордой в грязь или правда тоталитарное православие? - То, что нас разделяет

С времен Петра I русская цивилизация является, по определению Самюэля Хантингтона, "разорванной". Это значит, что элита и масса ориентируются на различные модели поведения и развития. Народ в России всегда был, скорее, азиатом. Правительство, как известно - европейцем (и, по Пушкину, "единственным").
Главное содержание Путина 2.0 (или, точнее, уже 3.0) - открытый разворот в сторону Азии. "Жаль, что мы не Европа", распространенное среди элиты, теперь должно быть сменено - если нужно, и силой, - на "в сортире мы на ваше европейское либерально-демократическое говно нассали" (аплодисменты).
Лучше всего - ярче всего - это заметно по процессу, с одной стороны, оправославливания государства, а с другой - фундаментализации православия. Второй вектор таков, что достаточно скоро РПЦ будет мешать не Андрей Кураев (а он со своей честностью и, скажем так, совестливостью будет мешать и, помяните мои слова, очень скоро станет для РПЦ тем, чем был Бухарин для Сталина), а, безусловно, Иисус Христос.
Так КПСС сильно мешал Маркс: слишком уже велик был разрыв между теоретическими постулатами марксизма и коммунистической практикой. (Именно это порождало всяческие инициативы "снизу" по изучению "подлинного марксизма", неизменно раскулачиваемые).
Христос, безусловно, есть первейший враг православия, поскольку делает часть равной целому, а в споре государства и человека он даже не возвышает человека перед государством, - он в упор не видит государства. Православие же опирается на другое. "Равенство людей - это выдумка либералов, равенства у Бога нет", - сказал год назад Владимир Вигилянский, бывший зав. отделом литературы "Огонька" и тогдашний пресс-секретарь московской патриархии.
Православие - это слава праву сильного в бараний рог сгибать слабого. Христос ему нужен только чтобы замочить евреев, которые "Христа распяли". Христа бы РПЦ сегодня стерла в порошок, не дожидаясь даже Пятницы, - и уже сделала бы все, чтобы не наступило Воскресенье.
Собственно, новый российский раскол - это раскол между идеями христианста в неклерикальной форме (светское либеральное государство) и идеями антихристаинства в форме православного тоталитарного государства.
Об этом я написал на "Росбалте" и, видимо, попал: там уже больше 300 каментов в дискуссии за полсуток, что для "Росбалта" если не рекорд, то близко.
Вот оригинал для тех, кто на интернет-медляке:

НОВЫЙ ПРАВОСЛАВНЫЙ ТОТАЛИТАРИЗМ

Мало кто из моих знакомых – исключая, может, Гейдара Джемаля – хотел бы жить в фундаменталистом исламском государстве.

Не будем обсуждать, что есть ислам, но они не хотят пять раз в день прерывать работу ради намаза, видеть подруг в хиджабах, и вообще жить так, как скажут аятолла либо мулла. Вот почему их так пугают толпы темноволосых мужчин на Ураза-Байрам, и вот почему они так против зримого знака роста этих толп - новых мечетей (сентябрьские волнения в Москве в Митино тому подтверждением).

Как будто, товарищи дорогие, мечеть есть причина либо акселератор того, что вызывает эти страхи. Как будто не будет мечети – не будет проблемы.

Проблема не исчезнет по той простой причине, что фундаментализм действительно побеждает в России, причем при поддержке всей вертикали российской автократии. (Возможно, не будет преувеличением сказать, что автократия нуждается в фундаментализме как в опоре). Только это не исламский фундаментализм.

Сегодня в России реализуется сценарий качественного голливудского хоррора. В хорошем фильме ужасов демоны обретают личину того, на кого не подумаешь: честнейшего шерифа, школьной красавицы или бабушки главного героя. И зритель никак не поверит, что внутри милого, домашнего, много страдавшего при коммунистах православия вырастает монстр фундаментализма.


Collapse )
promo dimagubin march 23, 2016 11:38 39
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…