dimagubin (dimagubin) wrote,
dimagubin
dimagubin

Category:

"Новые лишние": текст в "Огоньке" (увы, при сокращении лишним оказалось многое). Вот полный вариант!

В "Огоньке" - а вышедший номер, кстати, очень удачный по набору текстом, начиная с интервью с Пенроузом - мой текст про новых лишних людей, на наших глазах кристаллизующихся в целый социальный подкласс. Креаклы, упершиеся лбом в стену, потирающие шишку и понимающие, что при самодержавии так и помрут.
открыть материал ...
Новые лишние
// Наблюдения Дмитрия Губина
Интеллектуальное меньшинство — вовсе не российское ноу-хау. Но, пожалуй, только в России есть "новые лишние"
открыть материал…
Однако при публикации текст был сокращен практически вдвое. Кое-какие фрагменты, для меня важные, исчезли.
Так что вот вам полный вариант:

ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬИ ЛИШНИЕ

Очередной русский цикл (который поэт Быков определяет как оттепель-репрессии-застой-восстание элит) создал очередных лишних людей. С одной стороны – точно таких же, как и два века назад. А с другой – новых по типажам.

Новые лишние, отверженные, мизерабли, лузеры – называйте, как хотите, - это люди, которые создают смыслы, упорядочивают хаос, но на продукцию которых сегодня нет ни заказа, ни спроса.
Журналисты, поэты («поэзия есть идеальная форма репрезентации чувств» - Бродский), художники, режиссеры, социологи, разработчики естественных дисциплин, оказавшиеся не у дел.
Создатели новых эстетик, жизненных укладов, уличных акций, социальных концепций, политических партий, осознавшие, после Болотной, что их бой проигран – а может, проиграна и война. Лишние люди появляются у нас постоянно с времен появления у нас общества, - с XVIII века.
Такие люди, понимая отсталость страны, всегда неизменно хотели «Европы» (и даже славянофилы, и даже монархисты: потому что там, где в Европе была монархия, в России было самодержавие). Ну, а русское самодержавие каждый раз сообщало обществу, в манере Скалозуба, что «здесь вам не тут».
Примеры общеизвестны.
Надышавшееся, словно клея «Момент», европейских свобод поколение дворян-декабристов, придушенное Николаем (а затем – удушенное им же городское разночинство, известное по кружку Петрашевского, в котором бунтарей было не больше, чем в сегодняшнем Координационном совете оппозиции). Затем, после европейских реформ Александра II – легшее на страну камнем на кадку с огурцами (или камнем на сердце) дуболомство Александра III («Ты помнишь эту глушь репрессий?» - это про 1880-е в «Лейтенанте Шмидте» Пастернак). Можно продолжать дальше – «философский корабль», сталинский разгром Зощенко и Ахматовой, хрущевский разгром художников-«пидорасов», брежневский разгром Синявского, Даниэля и Бродского, когда целое поколение поняло, что обречено творить «в стол», а зарабатывать в дворниках и сторожах…
А нынешних «лишних» я встретил чуть не в полном составе в начале апреля на дне рождения сайта «Эха Москвы»: от депутата Гудкова, сказавшего, что его лишат слова в Госдуме (и его лишили) до бывшего главреда «Власти» Ковальского, снятого с работы за публикацию не корректного по отношению к самодержцу снимка. От художника Бильжо, который давным-давно не пишет в «Известия» своих колонок - до промелькнувшего колумниста Кашина, которого, говорят, не берут на работу вообще нигде по причине вхождения в Координационный совет.
И, упреждая подколки («Это Андрей-то Бильжо оппозиция? Да он ресторан за рестораном открывает, в Венеции недвижимость имеет и катается по миру, как сыр в масле!») сразу скажу: да, сегодняшние «лишние люди» отличаются от прежних «отверженных». И даже перечислю, чем.
Во-первых, силой давления на них. При Путине посажено или подведено под следствие, а также выдавлено из страны (по брежневскому принципу – либо там на свободе, либо здесь в тюрьме, причем не по политической, а по уголовной статье) пока все же меньше народу, чем в СССР (а про бросания в психушки я не слышал вообще). Ну, создатель группы «Война» Плуцер-Сарно в Праге, ну, Pussy Riot в тюрьме, ну, похоже, Навальному «десяточка» светит, - но Бог даст, обойдется «двушечкой».
Во-вторых, никто из этих лишних людей с голода не помирает. Это вам не история с Зощенко, которого лишали продовольственных карточек.
В-третьих, всем этим криэйтерам-лузерам (к которым, безусловно, я и себя отношу) закрыт лишь путь на бесплатные, то есть массовые, телеканалы. А в интернете, в соцсетях – вопи что хочешь для всех пяти тысяч своих подписчиков.
Потому что - в-четвертых, и это самое главное! - на «новых лишних» нет массового спроса. Если в СССР томик Ахматовой разлетался в секунду, на Тарковского было не попасть – то где сегодня те миллионы, что по вечерам прилипают к «Дождю»? Не отрываются от собчаковского «Госдепа-3»? Народ слушает Стаса Михайлова и смотрит «Пусть говорят» (а для шибко продвинутых есть Иван Ургант и «Камеди Клаб»). Народ вообще не знает, что был такой, недавно погиб, Паша 183, граффитист-акционист, русский Бэнкси – да нам и на Бэнкси плевать. У нас граффити мазня, а не искусство – вот почему для меня Паши Пухова знаменательна, как и смерть Мамышева-Монро, на которого страна тоже плевать хотела, как и на всех, кто иной.
Россия стала потребительски похожа на Европу, но вот с точки зрения свобод, инициатив, смыслов… Эту границу хорошо подметил Сергей Пархоменко (еще один «лишний»), выступая с лекцией в петербургских «Ткачах». Почти все нынешние руководители западных газет и журналов, формирующих повестку дня – от, условно, «Нью-Йоркера» до «Нью-Йорк Таймс» - в начале 1990-х работали собкорами в Москве. Но никто из тогдашних российских властителей дум – журналистов-любимцев 1990-х – не формирует повестки дня в России сегодня. Их не пускают формировать.
И вот эта ситуация и сформировала несколько типов «лишних».

Тип 1: дачник

Уставший оппозиционер, вчерашний певец либеральной идеи, ныне тихо живущий в загородном доме с удобствами, включая теплый клозет и быстрый интернет. Желчен, ворчлив, умен, признает былую наивность, легко поддерживает разговор о хождении страны по кругу: время читать Ключевского и Пайпса у него есть. По «спутнику», кроме Discovery, Animal Planet и спорта, смотрит «Дождь», BBC World или CNN, а от случайно включенной «России» орет, как императрица Елизавета визжала при виде мыши.
Экономически база нового дачничества была заложена в 1990-х, когда свежие голоса перемен оплачивались на уровне Кабалье или Каррераса. Первые телезвезды стали и долларовыми миллионерами: по крайней мере, когда миллионы стали стоить квартиры, которые они купили в кредит, который им тихо списали. И не только телезвезды: основатели первых глянцевых журналов, радиостанций, издательских домов. Кое-кто вложился в бизнес, с которого до сих пор капает достаточно, чтобы не заботиться о хлебе насущном. А кто-то банально сдает городскую квартиру, на то и живет за городом.
Оппозиционный «дачник», в силу битости, осторожен. У него аккаунты в социальных сетях не для того, чтобы высказываться – а чтобы читать тех, кто высказывается.
Вычислить «дачника» легко. Вспомните героев «Взгляда», 5 канала, «До и после полуночи», про которых давно ни слуху, ни духу. Где они? Гуляют с любимым пуделем по весеннему лесу, как Владимир Молчанов.
Хочется верить, что молчащие пишут втихаря мемуары, по которым затем – вкупе с архивами ФСБ – будет восстанавливаться реальная история.

Тип 2: типа, Герцен

Тот же «Дачник» с рентой из прошлого, однако решивший, что комфортнее и свободнее жить за рубежом. Сторонится, как чумной, Майами (слишком пошло. Слишком много депутатов и попсы – напоминает Сочи). Лондонским дачником, например, можно считать бывшего «огоньковца» и бывшего главу администрации президента Валентина Юмашева.
Но поскольку за границей можно позволить себе больше, чем под сенью родимых осин, то образцовым зарубежным дачником является Андрей Мальгин. Журналист и литкритик, первый главред журнала «Столица» (абсолютнейшего трендсеттера по тем временам), Мальгин разбогател на издательском бизнесе, основав компанию «Центр Плюс», акции которой затем продал. Сидит сегодня себе в Тоскане и пишет ехиднейшие посты в ЖЖ. Невольная бинокулярность зрения – российско-европейского – позволяет Мальгину глупости российских властей подмечать, комментируя весомо, грубо, зримо. И тогда на заявление Кремля, что если родные Березовского попросят захоронить олигарха в России, эту просьбу рассмотрят – следует ехиднейший мальгинский вопрос: а с каких это пор Кремль дает разрешения на захоронения в России граждан России?

Тип 3: маргинал

Чем ярче творец в России, тем больше у него шансов прослыть не творцом, а маргиналом и фриком. Даже если речь о чистом искусстве. А все потому, что историю развития искусства, этот горный серпантин, русский человек знает плохо, любит нарративное и понятное, а скачущих по горам принимает за козлов. В итоге и художник Кулик, и Бренер, и Бартенев, и недавно погибший Мамышев-Монро – и для власти, и для публики «уроды», «говноеды» и «пидорасы». Привет от Никиты Сергеича. Что поделаешь – Энди Уорхол у нас тоже был бы урод и пидорас, а не урод он потому, что его картины стоят миллионы: это для современного русского аргумент. Но на моих глазах глава одной телекомпании отменял эфир с Андреем Бартеневым, потому как тот пришел в студию в костюме брюссельской капусты, - что за безобразие, право!
Хотя образцовым русским маргиналом является, безусловно, Валерия Новодворская, давно уже не обижающаяся на «старую идиотку», «жабу», «дуру» и прочее, - она свою внешность в пучеглазых очках сполна компенсирует русским языком, какого среди политиков давно не сыскать, и прямодушием ответов на вопросы.
Статус юродивого хранит от репрессий. Ты ж больной, - мели, Емеля! Но жить придется на три копейки. Правда, может оказаться, что у третируемого в России маргинала сыщутся богатые зарубежные поклонники – и тогда ему лучше превратиться в зарубежного дачника. Так, отчасти зарубежным дачником был и Мамышев-Монро: жил большей частью на Бали, где и погиб, утонув в бассейне.

Тип 4: фрилансы

Когда в начале 2000-х было разгромлено и приведено к скучной матрице былое лихое российское ТВ, с него были вычищены почти все, кто помнил прежние нравы. Ну, а куда они делись? Все эти сценаристы «Кукол», режиссеры «Итогов», редакторы Хрюна и Степана, корреспонденты «Намедни»? Некоторые сегодня – нигде. Как, например, Андрей Лошак, который возглавлял журнал Esquire, заскучал, снял издевательское «Полное затмение» - и ныне честно признается что ни работы, ни предложений у него нет (правда, обычно такое признание означает, что жить пока еще есть на что). Но те, у кого денег лежать на диване нет, разлетелись фрилансами – работать за гонорар. Потому что у фриланса всегда есть возможность проскользнуть в щелочку возможностей. Написать жесткий текст для сайта OpenSpace, а закроется OpenSpace – для «Русской жизни», а закроется она – для «Русского пионера» или «Русского репортера». Деньги небольшие, но если квартира своя, то хватает. По большому счету, именно фрилансы нашли ахиллесову пяту власти-победительницы: у нее нет перьев, мозгов, рук, способных работать на власть за, что называется, идею. Вот троллить оппонентов в твиттере, передернуть так, чтобы Марь Петровна ужаснулась совместному нападению на Святую Русь гомосексуалистов, педофилов и американцев – это могут. Создавать новые смыслы – нет. Ни один из больших создателей смыслов – от фриланса Парфенова до фриланса Быкова – сегодня не во властном стане.
Еще один вариант фриланса – уйти туда, где платят совсем мало, но где контроля и цензуры нет вообще. В науку, считающуюся уделом идиотов-Перельманов. В педагогику – университетскую или подростковую. Но так поступают, скорее, представители 5-го типа.

Тип 5: обитатель резервации

Творческий человек, обитающий в пределах выделенной и разрешенной властью. Что это значит? А вот приехали только что в Москву два француза, которым прискучил Париж, и решили прямо у метро 1905 года печь блины, раздавая бесплатно (желающие могли делать пожертвования). То есть занялись тем, чем, согласно определению Хамовнического суда, занимается православная церковь в церковных лавках: благотворительной раздачей. Что случилось с красавцами? Правильно: скрутили менты. Про это тут же раструбили «лишние люди» в своих ЖЖ, фейсбуках и твиттерах, – и про пленных французов прознал главный московский чиновник, отвечающий за культуру, Сергей Капков.
Он их и спас. Французы теперь пекут блины в саду «Эрмитаж». Потому что в резервации, в «Эрмитаже», в Парке Горького, в Сокольниках, - там можно. Там можно и Гайд-парк, и лекториум с запрещенными на ТВ лекторами, и велодорожки, и хипстеров, - там можно разрешить хоть Навального. А просто на площади – нет. То есть в триаде «самодержавие-православие-народность» третий элемент сегодня гибок. Замахиваешься на самодержца или РПЦ – ступай в тюрьму, как Pussy Riot. Замахиваешься на народность – иди к Капкову (и к Капкову, говорят, уже стоит очередь креаклов с идеями по поводу вольностей в московских парках).
Потому что просвещенный чиновник Капков, или просвещенный чиновник Мединский, или кто там еще просвещен из начальства – они, например, знают, что самый популярный спектакль сегодня в Москве – «Идеальный муж» режиссера Богомолова в МХТ. Билеты с рук – до 30 тысяч рублей. Потому что на сцене – форменное издевательство над… Нет, не скажу, над кем и чем. И просвещенный чиновник решает, что лучше пусть недовольство сливается в театре, чем на Болотной площади. Вот почему оппозиционно настроенный режиссер Серебренников, которому впору быть лишним, получает для своих политизированных экспериментов Гоголь-центр, а режиссер Могучий, тоже власть не жалующий – БДТ.
Им многие завидуют. Даже те, кто знает, что просвещенная русская барыня, выписывая к себе учителя-француза, в итоге секла его на конюшне.
* * *
Любая классификация – лишь срез. И мой не единственный.
У многих «новых лишних» после ухода в песок митингов закручивания гаек – хмурое настроение, и я несколько раз обрывал себя, не давая жалости превратиться в героизацию: милость к падшим и восхищение героем – разные вещи. Я про многое не сказал: про то, например, как многих «лишних» угнетает падение доходов – и не личных, а в целом по профессии, по цеху. Про то, что еще больше угнетает понимание, что воспетый ими средний класс сегодня прирастает гаишниками, чиновниками, силовиками, а не книгоиздателями или профессорами. «Сегодня нет ни одной идеи, которая могла бы поднять из окопа, - говорил мне один из таких «новых хмурых». – Потому что в перестройку людей поднимало отчаяние от пустых магазинов, и вот магазины полны. А то, что нет свободы и справедливости, - для большинства это тьфу».
Но, повторяю – это лишь срез. И тут я остановлюсь, чтобы не порезаться.
Subscribe

promo dimagubin march 23, 2016 11:38 38
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments