dimagubin (dimagubin) wrote,
dimagubin
dimagubin

Categories:

Почему я атеист. - Церковь и политика. - Уничтожима ли церковь?

Перечитал предыдущий пост - точнее, публикацию в "Огоньке" - и понял, что действительно может сложиться впечатление, будто, задав в 1988-м митрополиту Алексию невинный вопрос про судьбы узников веры и получив ответ про божью росу, я, в потрясении от лжи в устах иерарха, бежал от церкви, религии и веры прочь.
Все не совсем так и просто не так.
От Алексия, да, бежал - не исключаю, что он был просто сломленный, пойманный на вербовке человек. В итоге боящийся.
Но у меня продолжался период богоискательства.
Как теперь понимаю, железный занавес был столь герметичен, что и после его исчезновения я продолжал задаваться подростковым вопросом о смысле жизни, полагая, что в вере ответ найду.
Кроме того, к середине 1990-х я переживал кризис ухода из книжников в деньгозарабатыватели: оказалось, деньги счастья не приносят, а спесь (какое-то время я, просто благодаря расторопности и знанию английского зарабатывал фантастические для Ленинграда-Петербурга деньги, спесиво полагая себя на основании этого королем породы) - так вот, былая спесь, сошедши на нет вместе с деньгами, оставила ощущение горького похмелья.
В принципе, я тогда ничего не знал об устройстве мира из того, что знал мой европейский ровесник со сходным образованием и профессией. Но упорно искал золотой ключик: вот поверну, и истина мира предстанет во всем невозможном своем сиянии. А патриархия - ну что ж. Благодать преспокойно может передаваться и без нее. Куда больше умалчивания периодов сотрудничества с КГБ и кидания церковной диссидентуры, меня задевали, скажем, объяснения, что "по-другому вести себя было нельзя, иначе бы церковь погибла". К тому времени я знал, что именно так и звучит обычная уловка сатаны. Церковь - в рамках своего догматического поля - неуничтожима. Иначе отчего бы Иисус не поклонился сатане, стоя на крыле храма?
В 1997-м я крестился. Небольшой приход в маленьком городке. Окрест - места, политые кровью бесконечных русских средневековых военных изничтожений (князья целовали крест и тут же нарушали клятву - меня всегда потрясало, что введение православия на Руси ничуть не исправило нравов).
У меня был духовник, о. Николай. Первое, о чем он говорил, это о страхе божьем. Католические священники обычно говорили о Добром Пастыре. О. Николай был простой добрый человек, многодетный батюшка, но в своей простоте не без лукавства. С ним, как с хорошим психотерапевтом, меня отпускала неудовлетворенность, изгрызавшая изнутри. Я постился, крестился, причастился.
Крестил о. Николай меня (и еще одного глухонемого взрослого мужчину рано поутру). Была поздняя осень. Церковь стояла на холме. Я поднимался по подмерзшей грязи. О. Николай запер за мной дверь, я первый раз был в церкви почти один и почти ночью. Как-то по-заговорщицки это было - впрочем, и то, что я крестился, было условием сепаратного договора. Когда я вышел из церкви на улицу, на секунду ослеп: городок был завален снегом. Вверх уходили аппетитно толстые дымы. Было очень красиво. Но я не видел в том ни чуда, не мистики. Я просто любовался.
Христианство мне ничего не дало для опоры. Неменяющиеся парадигмы рано или поздно выхолащиваются - а любая религия представляет собой неменяющуюся парадигму. То, что было спасительно когда-то, переставало работать позже, или начинало использоваться какими-то людьми либо структурами в далеких от благородства целях.
Православие не отвечало ни на один современный вопрос.
Нравственные императивы отлично существовали и действовали вне его.
Священники в лучшем случае добродушно-лукаво уходили от ответов на все вопросы, связанные что с политикой, что с наукой, что с историей (хотя бы и церкви. Уходят, повторяю, и сейчас: я не за то, чтобы священник благославлял митинг или освящал Майбах. Но разве призыв не врать даже если грозят гонениями, - не христианский призыв? Разве призыв думать о людях прежде денег - не христианство?).
И я просто начал со временем читать. Вообще все, что было пройдено,систематизировано, подано с университетских кафедр Европы и США. Возвращение к образованию - следует признать, что во выходе из МГУ я был довольно темен, а потому смутно представлял реальные процессы, идущие в стране - дало все необходимые точки опоры.
Беллетристику я при этом за чтение уже особо не держал. Беллетристика была наркотиком, удовольствием, способом забыться и переместиться в совершенно иной  мир.
В 2000-х я осознавал себя полным атеистом, в упоении читая что Докинза, что Сашу Никонова (ну, Докинза, если честно, с большим упоением).
Вот и вся история.
Я вполне допускаю, что на уровне отдельных батюшек Русская церковь может быть вполне жизнеутоляюща и жизнеутверждающа (ну, как и школа на уровне отдельных учителей), но в целом это пропитанный нашим государственным бездушием механизм. Со всеми пороками нашего государства. И веры ему нет: до тех пор, например, пока церковь не объяснилась и не покаялась за свое прошлое. Православным себя называет сегодня, как правило, тот, кто крестился, носит на всякий случай крестик да на четверть часа на Пасху и Рождество заскакивает в храм. Он, как правило, не знает даже символа веры, РПЦ для него - это такое госведомство "по богу",типа налоговой или ЗАГСа, но с иконами и свечками, призванное одобрять все, что делает царь. И церковь -здесь я уже не о вере, а именно о церкви - не делает ничего, чтобы вывести этого темного обрядового православного из состояния его темноты.
Это как пресловутый пояс Богородицы.
Над черепом Иоанна Крестителя в возрасте 14 лет Умберто Эко еще когда отсмеялся...
В стране не построено ни километра скоростных железных дорог, но глава РЖД Якунин считает себя хорошим православным на основании того, что привез в страну пояс Богородицы. Что как бы должно снимать к нему все вопросы.
Но для меня миллионы поклонников, надеющихся на чудо, проводящие часы в очереди, но не открывшие хотя бы Четвероевангелие, - это миллионы идолопоклонников.
Subscribe

promo dimagubin march 23, 2016 11:38 37
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 36 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →