dimagubin (dimagubin) wrote,
dimagubin
dimagubin

Все мы немножечко немцы, каждый из нас по-своему немец: история перевоплощения одной страны

Хотя с прошлого года я не работаю в Robb Report, последняя полоса журнала - по-прежнему моя: там публикуются мои рецензии на non-fiction. Вот, например, на Geschichte Eines Deutschen, "Историю одного места" - бестселлер маленького питерского издательства Ивана Лимбаха. Трехтысячный тираж был был раскуплен за несколько месяцев. 3000 книг - это невероятная, фантастическая цифра для нашего богохранимого (Gott mit uns) 146-миллионного Отечества, в крайне редуцированной форме повторяющего путь Германии в 1930-х. И поэтому, по счастью, не повторяющего его. Там, где у Гитлера была кровь, у нас только вонь.

Вот рецензия - наслаждайтесь!


«В школах проводился «день здоровья»: шагали румяные славные мальчики. Каждый класс, проходя мимо, дружно поворачивал головы и радостными голосами выкрикивал: «Juda, verrecke!» Я сидел на весеннем холмике, обнимая маленькую, нежную, прекрасную девушку, а мимо топали бодрые, спортивные мальчики и требовали, чтобы мы сдохли. Мы пока еще не подыхали. Они топали дальше».

Себастьян Хафнер. История одного немца. – Санкт-Петербург, издательство Ивана Лимбаха, 2016.

Ирония судьбы. Себастьян Хафнер (псевдоним, настоящее имя Раймунд Претцель), мальчик из хорошей берлинской семьи, был одноклассником Хорста Весселя (тоже, кстати, из хорошей семьи: священника). К 1939 году, когда сбежавший от Гитлера Хафнер опубликовал свою историю, убитый гитлеровский штурмовик Вессель стал нацистским святым, автором партийного гимна.

Только что изданная  у нас «История одного немца» вызывает жгучий интерес. Во-первых, потому, что интерес вызывает вообще вся история нацизма: хороших книг на эту тему в России мало. Во-вторых, потому, что жгучий интерес вызывают параллели между любыми автократиями: Хафнер – это как удар плетью для либерального мазохиста.

Но от этих параллелей не следует получать удовольствие. Все автократы играют на понижение культуры, однако сценарии существенно отличаются. А вот чем «История немца» реально ценна – это рассказом о том, что происходит с частным человеком, когда на него начинает наезжать огромная машина. И это не «государство» вообще. Это соседи, коллеги по работе, друзья детства. Все вдруг в секунду становится иным, прежде невозможным. Вот в Верховный апелляционный суд Пруссии, строгое учреждение, врываются хорст-вессели: «Евреи, пошли вон!» - и пара твоих коллег-юристов смеются и аплодируют. Что делать себастьян-хафнерам? Молчать? Сопротивляться? Уезжать?

Что делать человеку, чтобы сохранить достоинство, в ситуации, когда тебя лишают достоинства в пользу нации, - вот настоящая тема книги, и в этом ее главная ценность. Хафнер не просто дает внутреннюю историю Германии с 1914 по 1938 год, он обращает внимание на подробности: на то, какую лепту в гитлеризм внесло время, когда 20-летние становились главами банков, а 50-летние превращались в нищих. Или на то, какую роль сыграла массовая увлеченность спортом (спорт для автора – вовсе не мир).

Еще одна ценность книги состоит в блестящем переводе и комментариях главного петербургского интеллектуала Никиты Елисеева. Для голодного читателя это как Butter&Brot.
Subscribe
promo dimagubin march 23, 2016 11:38 32
Buy for 200 tokens
К самым важным в жизни вещам никто тебя не готовит. В СССР гигантская журнально-книжная индустрия готовила к первой любви, но она все равно случалась не с тем, не тогда и не там, - а вот уже к сексу не готовил никто. Это потом мы понимающе хмыкнем над Мариной Абрамович, в 65 лет на: «Как…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments