На "Росбалте" вышел мой текст про новых прихожан: новые они не потому, что существуют исключительно в обрядовой среде РПЦ (исключительную обрядовость, с моей точки зрения, нужно приветствовать: это единственный шерсти клок с доимой в хвост и в гриву русской автократией православной овцы), а потому, что смотрят на церковь взглядом покупателя в супермаркете, как бы ни скрывался этот взгляд за пиетом и проч. Ну так что ж - мальчик-девочка, вольготно чувствующие себя в H&M, тоже испытали бы трепет священный при входе в Hermes.
Текст каплюшечку сокращен (вылетели почему-то ссылки на "Каменный мост" Терехова - один из лучших романов, созданных в современной русской литературе, и вообще один из немногих романов, созданных в современное время на русском языке - там, где речь идет о наконечнике на стреле, летящей в вечность. А это цитата). Полностью свой текст даю ниже.
И вот, забавно, свеженькая информация на newsru.com о том, что чем больше православия в голове - тем выше поддержка Путина. Что и требовалось доказать. Там же свеженький - но прежненький - Всеволод Чаплин, упоенно славящий православную традицию единения народа и власти, то есть поющий в слюнях свой гимн холопству и хамству. Найдите-ка у Христа про такое единение как про высшую ценность.
Православие - это христианство, оскопленное, ощипанное, извращенное и служебно пристроенное под нужды русской власти, только и всего. К Христу оно отношения мало имеет. К Гундяеву, Путину, Чаплину и прочим - имеет непосредственное. У этих, блин, второе пришествие может случиться на "мерседесе-пульмане" с ротой почетного караула по красной дорожке - и то, что Pussy Riot вполне в идеологии второго пришествия, даже близко к их головам не может подойти. Православие, в общем, - это церковь Ирода, удачно покончившего с Христом. Из чего не следует делать вывод, что в церковь и заглядывать приличному человеку нельзя. Очень даже льзя. И в дворец Ирода, кстати. Только не ради службы Ироду.
Вот полный текст.

   ПАСТВА БЕЗ ПАСТЫРЕЙ   

Свежие политические противостояния (включая трещину, прошедшую сквозь общество по теме Pussy Riot и матблаг Патриарха), показали, что новый протестный класс (на чьей бы стороне он ни был) справедливо также и определить и как класс новых прихожан: около 70% россиян называют себя православными («Левада-центр» и АРПИ; 2011).

«Справедливо» - потому что религиозное отождествление есть важная страта в мире, где идет не война двух систем, а столкновение цивилизаций (такова парадигма современного мира у Самюэля Хантингтона: у него русская цивилизация называется «православной» (orthodox) и является одной из восьми существующих).

А «новых» - потому что эти прихожане приходят в церковь вне семейной традиции; служба им не знакома; они не могут сказать, чем отличаются от католиков  - и боюсь, не могут толком определить христианство. Один из моих таких знакомых сказал, что Евангелие не читал и читать не будет, а на изумленное: «Почему?!» честно выдохнул: «Боюсь разочароваться».

Новые прихожане, НП, смотрят на церковь привычным для них потребительским взглядом: если я заплатил монетой православной идентификации (вот, есть и чек: нательный крестик), то вправе рассчитывать на получение товара, называемого «правильностью жизни» – с посмертной гарантией, в подарочной пасхальной упаковке.

«Супермаркетный» подход к православию означает, что НП не будут принимать участие в жизни общины; в церковь они будут приходить пару раз в год, а символом веры станет для них околоцерковное медийное поле.

И вот тут начинается интересное. «Православие» для новых прихожан – это вовсе не проповеди иереев или иерархов (потому что где в медийном поле они? «Братья и сестры» плюс набор банальностей церковного воляпюка?), не социальная доктрина РПЦ, - а, скорее, слова Всеволода Чаплина и Андрея Кураева (созвучные декламациям журналиста Владимира Соловьева: «Мы русские! С нами бог! Кругом враги! Сомкнем же круг!») И, несомненно, поступки Патриарха. Его встречи, его часы, его квартиры, его судебные иски, его фотошопы. Которые по сути, не отличаются от часов, недвижимости и фотошопов Владимира Путина. И, кстати, если Путина сегодня возвести в Патриархи – НП будут только «за». И если Гундяева в президенты – тоже «за» (при условии, что одобрит Путин).

А здесь интересное завершается и начинается грустное.

( Read more... )

В публичных лекциях я давным-давно пользуюсь одним и тем же приемом: прошу назвать главные российские ценности. Неважно, что это за аудитория: московская, питерская, калининградская (там недавно этот вопрос задавал), западническая или почвенническая, - все отвечают одинаково. Этот как пушкиняблоконос - нефтьгаз.
Второй, более редко используемый прием: вопрос про смысл жизни, высмеянный самой постановкой Александром Секацким. Предложенная им положительная "реакция Лихачева-Лосева" означает первый поцелуй старика Альцгеймера, впадания в детство (вот почему у детей - например, у моих студентов в МГУ - тоже был получен положительный результат). Да и в целом у нас общество одновременно является и детским, и старческим, играясь в кубики давным-давно отыгранных соседней (за Бугом) цивилизацией игр. Наши игроки до сих пор исходят из того, что "смысл", "истина" есть нечто, существующее объективно и едино разом для всех. (Тут они в каменты наперняка пропустят нечто вроде: "А что, Дмитрий, разве Земля вращается вокруг Солнца не для всех, и это разве не истина?" - pauvres gamins!)
Вот почему студентам я неизменно предлагаю не искать "истину", а строить модели, заведомо предполагая, что их можно достроить, перестроить, а то и заменить. Журналистика - это индустрия по созданию моделей толькочтопрошедшего времени, passé immediat. Если модели проходят проверку, они могут стать сырьем для других моделей: например, для романа или геополитики.
Впрочем, это я отвлекаюсь, ухожу в сторону - не слишком далеко, впрочем.
В "Огоньке" был опубликован мой текст про современные российские ценности, который я совершенно забыл проанонсировать:

Охранители пустоты // Дмитрий Губин — о ценностях и богатствах современной РоссииСоветские ценности оказались фальшивыми, западные отвергаются, а собственных нет никаких, кроме денег. Неужели это новый российский тупик? открыть материал…

Текст почти не был сокращен, хотя ниже - для ленивых - даю его оригинал. А кто совершенно ленив, то в двух словах: в русской бижутерии бриллиантов не сыскать. Хотите бриллиантов - смотрите на Европу, потому что наши стекляшки огранены по европейскому подобию. По большому счету, весь европейский либерализм - это торжествующеее христианство, привитое на логику Греции и законодательство Рима (и РПЦ бесится от слово "либеральный", потому как чертей в ней не меньше, чем в церкви Хомы Брута). Вот почему русский интеллектуал всегда смотрит на Запад. А когда пытается строить идеи на местной идее, выглядит столь же смешно, как Секацкий в качестве империалиста: ясно, что Ницше и Хайдегер ему знакомы как свои пальцы, а Ле Гоффа и Пайпса он не открывал...

ОХРАНИТЕЛИ ПУСТОТЫ

Следует признать, что Россия с точки зрения выбранного пути в тупике. Советские ценности оказались фальшивыми, западные отвергаются, а собственных нет никаких, кроме денег.

Сильнейшая картинка этой весны: Москва, Пушкин на фоне зала «Россия», строка «И милость к падшим призывал» на цоколе – и омоновцы-«марсиане» внизу, за руки за ноги волокущие тех, кто не ушел с площади «после окончания согласованного митинга». Звуковая дорожка: полицейский, бубнящий в матюгальник: «граждане, расходитесь…» А вот и видео, выкладываемое в интернет в режиме реального времени на ustream.tv человеком с ником Vova_Moskva: здесь он снимает происходящее, а здесь его самого уже волокут в «воронок» (он орет: «Голову отпусти! Задушишь! Вы мне шею свернете, гады! Голову отпустите!»), а затем – удар, тишина, темнота. Минуту спустя становится видно окно с решеткой: так сказать, русская версия Windows. Я испытал реальное потрясение, когда смотрел это репортаж online: именно потому, что секунда в секунду видел то же, что и человек, брошенный в неволю. И практически то же самое ощущал.

Так что меня не удивило потом торжество победителей, в котором не было ни малейшей милости к проигравшим, то есть ни малейшего благородства. А торжество без благородства – это варварство. И варвары торжествующе рычали, что законно избранный президент не просто имеет право, но и обязан защищать своих избирателей, и пусть хомячки и хорьки на своих площадях поймут, что с ними не в бирюльки играют. И под их рев я думал о том, что, задержись на Пушкинской на сорок минут дольше, меня бы тоже приняли в автозак – просто за то, что стоял на площади, и просто потому, что, по мнению варваров, у проигравших вообще нет прав. А в Питере бросили бы в автозак мою жену, собиравшуюся идти на Исаакиевскую, где были наши друзья – и пошедшую бы, не свались с ангиной (и я бы тогда писал не этот, а совершенно другие тексты, потому что когда бросают за решетку самых близких людей, и обвиняют в подрыве устоев – тогда ты, если не говно, а мужчина, должен потратить остаток жизни на то, чтобы эти устои разнести вдребезги до последнего кирпича, не так? Эй, торжествующий варвар, ответь – что сделал бы ты, когда бы твоих жену или дочек приняли в воронок, угостив по башке дубинкой и закрыв по статье 19 часть 3? Покорно пошел бы, внимая совету полицейского начальника Колокольцева, искать их в реанимации, потому как после удара русской дубиной женщин следует искать именно там?)

А вот теперь, товарищи дорогие, поскольку мы (пока) на свободе и даже не оцарапаны, давайте-ка пригасим фитилек эмоций до нуля, и задумаемся: а что, собственно, охраняют ОМОН, спецназ, войска ВДВ и прочие силовики?

( Read more... )

В пятницу я буду в Питере.
А остался бы в Москве - пошел бы к 19 в новую "Москву" на Воздвиженку, это минута от "Библиотеки Ленина" и прямо напротив библиотеки Ленина. И я, признаться, бессовестно этот новый книжный с 1000-метровым залом рекламирую как удобную площадку для встреч. Там неплохое недорогое кафе есть (и выпить наливают(, там самокат выдают, чтобы до дальнего конца зала добраться - а в дальнем конце зала, между прочим, на полке, если память не изменяет, №142, лежат обе моих книги:



- и я их тоже бессовестно рекламирую. В том смысле, что это никакого отношения не имеет к совести (книги у меня получились хорошие), но имеет к рекламе бездушной технологии, в соответствии которой в современном книжном магазине довольно наивно самому искать книгу, если это уж совсем не бестселлер-бестселлер. Искать нужные книги самому - это как пробовать наугад в браузере адреса набивать, не прибегая к гуглу или яндексу. Вон, консьержка в моем питерском доме, поехала в "Дом книги" на Невском специально ради моей книги - и не нашла. Сказала: "Димочка, вас там всего раскупили". Она не знала, что нужно спрашивать консультанта, сидящего у компьютера - только он назовет нужную палубу и каюту этого "Титанике". В общем, езжайте в "Москву" берите самокат, и катите в прекрасное "московское" далеко, где на корме лежат книги журналистов да по журналистике - я там. Или ищите консультанта.
Ну, а теперь, когда саморекламная пауза окончилась, - о главном поводе.
В пятницу 13-го в "Москве" на Воздвиженке в 19.00 выступает Акунин. Это редкость: Акунин не жалует публичные выступления.
А в субботу 14-го там же будут Быков, Васильев, Ефремов. И я бы тоже непременно сходил, когда бы в Москве был.
Не забудьте протвиттировать, что там интересного будет!

В "Огоньке" опубликован фрагмент моей статьи по поводу происходящего сегодня в ведомстве Геббельса на федеральном ТВ. Это действительно фрагмент, местами довольно произвольная (со мной сокращения не согласовывали) цитата. Я, например, не знаю, зачем нужно было вырезать кусок, что Добродеев, Эрнст и Кулистиков ездят на членовозах с мигалками - и, коли ничего не путаю, номерами АМР (кстати, вот причина, почему мой коллега Владимир Соловьев, возмущаясь мигалками на дорогах, будет так умело дозировать свой гнев: машина Добродеева в этот момент будет помигивать ему под окнами студии: не правда ли, дорогой Володя, наш бесстрашный борец с теми, кто тебе не опасен?) В общем, был текст о том, что в ведомстве пропаганды девственность всегда падает жертвой действенности. Дело житейское. Как и сокращение текста при публикации, кстати сказать. Вот то, что пошло в печать:

Гуттаперчевые поливальщики // Дмитрий Губин: на НТВ больше не на кого обижатьсяУ дивной агитки "Анатомия протеста" про оппозицию, дважды показанной на прошлой неделе по НТВ, держу пари, последствий не будет. Просто потому, что этот телеканал приплыл. И довольно давно открыть материал…

.Но поскольку начальный текст был все же другим, то вот вам и оригинал.

ГУТТАПЕРЧЕВЫЕ ПОЛИВАЛЬЩИКИ

У дивной агитки «Анатомия протеста» про оппозицию, дважды показанной в марте по НТВ, ожидаются большие последствия. Но держу пари: последствий не будет. Потому как уже приплыли. И довольно давно.

Три девицы под окном пряли поздно вечерком.

- Как бы я была царица, - говорит одна девица, - я б для батюшки-царя сериалов напекла. Ну, и концертов с Петросяном и Киркоровым, чтобы все как в старые времена. Таргет-группа – голосующая провинция, 45+, женщины, доход печальный. Пусть не волнуются: у нас стабильное царство.

- Кабы я была царица, - другая говорит девица, - я бы весь крещеный мир превратила бы в сортир. Криминал, постели, происки Госдепа. Чтобы подданные перестали стыдиться замочных скважин, приравняв их к нефтяным.

Ну, а третья девица – более тонкой конституции – восторги царем в выпусках новостей и уринотерапию от доктора Малахова разменяла на право показывать ночью артхаус.

О том, что новая схема информационного управления царством будет именно такова, мне сказал в самом начале 2000-х мой друг университетских лет Лёша. Он был теленачальником, однако, в силу генетических особенностей, не мог перешагнуть через личную порядочность, - цинизм не прилипал к его тефлоновой душе. «Три кнопки, Палыч! – пропел однажды он мне, как Германн про три карты. – Три кнопки и мешок денег. И страна перепрограммирована».

Он довольно долго держался при своем тефлоне в эпоху возврата к чугуну.

Потом его из начальников выкинули.

Снимает сейчас документальные фильмы.

Это у всех выкинутых – начиная с Парфенова – чуть не единственный вариант. Ну, или работа на спутниковом ТВ.

( Read more... )

С точки зрения эволюции, сознание есть механизм, позволяющий иметь преимущества в выживании.
Однако у этого механизма есть врожденный недостаток: осознавая себя, человек осознает неизбежность смерти, которая обессмысливает жизнь. Происходит своего рода короткое замыкание. Животные этого противоречия лишены.
Религия - один из способов обхода этого парадокса. Суть религии вовсе не в персонифицированной сверхсущности, то есть не в боге, - а в возможности иносуществования после смерти при условии выполнения договора, предписанного сверхсущностью. Ну, а церковь представляет собой ритуальный дом по соблюдению условий договора.
Эта религиозная уловка была вполне действенной до тех пор, пока - как сегодня - не осталось мест, где бы сверхсущность могла себя с очевидностью проявить. Благоглупости вроде "чудо бога видно в каждой капле росы" или пасхального огня оставим 19 веку, детям и бабушкам.
Сегодня любая церковь испытывает сильнейший кризис, связанный с невозможностью дальнейшего описания пост-смертной жизни в собственных терминах (рая и ада) и равной невозможностью прибегнуть к, скажем, парадигматике квантовой физики (там как раз есть место для чуда, но нет места для церкви).
РПЦ не избежала общего церковного кризиса, разумеется.
Но этот кризис наслоился на традицию православного невежества: суть русского православия не в том, что оно от Востока, от Византии, а в том, что оно укоренилось в отсталой стране в эпоху краха Византии; Константинопольский эталон-метроном исчез; залетный просвещенный Максим Грек (знакомый с эталоном) всегда и неизменно подвергался поношению.
Рискуя нарваться на бурную реакцию, можно сказать, что по форме своей русское православие есть самоупоенное невежество (впрочем, нынешние Кирилл с Иларионом будут кулуарно с этим отчасти согласны, заменив, разве что, "православие" на "клир").
Православие тем и любопытно, что развивалось герметически, вне Византии, вне мира. С одной стороны, оно такое же, как 1000 лет назад; с другой - оно продукт существования пауков в банке. Православные мыслители именно таковы, до смешного: бедный-бедный Розанов, с идеей проведения брачных ночей в церквах, с отчаянной борьбой с "грехом" рукоблудия... Он боролся с самой мыслью о возможности мастурбации (полагая физиологический банальный акт, сродни дефекации или мочеиспусканию, именно "идеей") с тем же упорством и яростью, с какой сегодняшние Кураев или, прости господи, Чаплин борются с "идеей" гомосексуализма.
Ну, а теперь о том, к чему я веду.
В прошлом номере "Огонька" мой текст про принятый в Питере пауками в банке, то бишь депутами в Мариинском дворце, "антигейский" закон.
Там два важный момента.
Первый - что закон дискриминационный, но не антигейский, а антиэволюционный. Он борется с теми, кто признает за эволюцией куда более сложные механизмы развития, чем это укладывается в голове автора закона депутата Милонова (редкий случай - обычно нет связи между гомофобией и подавленной гомосексуальностью - но у Милонова, упоенно цитирующего гей-сайты, при этом откровенно некрасивого и фемининного по поведению, я и правда подозреваю детскую сексуальную травму; возможно, насилие).
Второе важное положение - что отклонение от нормы (понимаемой как среднее значение) есть такой же эволюционный механизм, как сознание. Это равно верно и в отношении сексуальности. У Воннегута в "Бойне" продвинутые жители Тральфамадора обнаруживают на Земле "не меньше семи различных полов... ни один земной житель не может родиться, если не будет гомосексуалистов. А без лесбиянок дети вполне могли появляться на свет. Без женщин старше шестидесяти пяти лет дети рождаться не могли. А без мужчин того же возраста могли…» Воннегут как раз об этом. Детали смотрите у Даймонда.
Однако при публикации в "Огоньке" выпал фрагмент про то, что, возможно, Милонов попросту лоббировал приход в школы РПЦ с одновременным запрещением программ по сексуальному образованию РАПС/IPPF. Тогда вообще все просто.
Все просто и все очень печально: антигейская истерия последнего времени показывает, что Россия в осознании, так сказать, функционала своего социального тела отстает от Европы лет на 50. Это много, учитывая скорость европейского социального развития. Мы еще не дошли до банального: что сексуальная жизнь взрослых людей, не сопряженная с насилием, не имеет никакого отношения к нравственности. Мда-да, товарищи Кураев-Милонов и прочие: ни фистинг, ни римминг, ни bdsm. Так что занимайтесь фелляцией в положении вниз головой на кресле себе на здоровье. Имеет не большее отношение к нравственности, чем выдавливание прыщей.
Ну, а вот полный текст:

ИХ ГОЛУБАЯ МЕЧТА

В Петербурге депутаты заксобрания 29 голосами против 5 проголосовали за то, что пресса окрестила «законом против геев». А годом ранее они требовали принять «кодекс петербуржца». Логичное развитие прежней темы.

Я жму на ссылку – и с экрана валится поток чужой жизни. Стоящие в обнимку в предбаннике (судя по полотенцам) парни. Еще парни, не то дурачащиеся, не то борющиеся друг с другом на диване и на ковре. Не сразу соображаю, к чему бы это, но через пару секунд ясно.

В Петербурге местные депутаты приняли уже в третьем чтении поправки к местному закону об административных правонарушениях. Поправки называются «О запрете пропаганды мужеложства, лесбиянства, бисексуализма, трансгендерности и педофилии среди несовершеннолетних».

Ко мне – и, например, к журналу «Огонек», где я работаю - принятие этих поправок может иметь прямое отношение как к пропагандистам всего перечисленного.

Дело в том, что автор поправок, замечательный депутат Виталий Милонов, под пропагандой подразумевает вовсе не растление малолетних, на что в УК есть статья (и хорошо, что есть). Под «публичными действиями, направленными на пропаганду мужеложства, лесбиянства, бисексуализма, трансгендерности», указывается в законе, следует понимать распространение информации, способной сформировать у несовершеннолетних «искаженные представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных брачных отношений».

Как говорят дамы в возрасте – это же прелесть что такое!

Это значит, если я думаю, что любые формы сексуальных отношений между взрослыми людьми являются их личным делом; и что если эти люди хотят создать официально зарегистрированный союз (хотя бы для урегулирования прав наследства), то такой союз вполне допустим, и если журнал «Огонек» эту мою мысль опубликует, и если «Огонек» прочтут первокурсники Петербургского университета, - то все, капец. Табань весла. Мне – штраф до 5000 рублей. «Огоньку» - до полумиллиона. Исказили представления. Повлияли (цитирую) на «нравственное и духовное развитие несовершеннолетних».

А вот если мы напишем, что геи и лесбиянки, а также бисексуалы (которых вообще-то среди нас большинство – есть точка зрения, что человека, хоть раз в жизни испытавшего гомосексуальное возбуждение, хотя бы во сне, нельзя относить к строго гетеросексуалам); так вот, если мы напишем, что все эти люди – второго сорта, и равных прав с гетеросексуалами им давать нельзя - то это нормалек. Это можно.

( Read more... )

В "Росбалте" мой очередной текст о поствыборном похмелье и о том, что лозунг Собчак «Короче, подросток, подари бабушке IPad!» - является сегодня лучшим из возможных. Из него убрали некоторый перчик вроде фразы, что страна любит Путина по-бабьи и по-рабьи (что, с моей точки зрения, все же не столько приправа, сколько начинка пирога) - но в целом конструкция не тронута. Ниже я привожу оригинал - а на сайт имеет смысл заглянуть ради каментов, среди которых имеющие зачином "нам, простым людям (не)нужна..." особенно прелестны.
Что и подтверждает мой не впрямую заявленный, но, надеюсь, все же очевидный тезис, что простое, как штаны пожарного, сознание митингами не изменишь.

ПОСЛЕ БАЛА

- Вы считаете, на митинги много народа теперь выходить будет? – с надеждой спрашивают меня мои студенты.

Площадь – дело веселое, увлекательное, юное; они там как Наташа Ростова на первом балу: не натанцевались, не наигрались. А ко мне обращаются потому, что видели в ютьюбе мои выступления на питерских митингах. Я потом получал письма со словами: «Респект».

Нет, ребята. Разочарую – но на митинги выходить пока не намерен. Это не то чтобы исчерпанный жанр – напротив, многотысячный массовый митинг по конкретному поводу (против сноса старых домов, вырубки парков, принятия дискриминационных законов) – будет и дальше крайне уместен. Просто диагностический и инструментарный лимит сегодняшнего митинга очевиден.

Почему хорош?

Потому что митинги числом в десяток-другой тысяч людей трудно разогнать. Потому что митинг способен изменить если не суть власти, то форму: открыли окна, проветрили страну (этой весной будет, скорее всего, изменен закон о регистрации партий и восстановлены - впервые за 10 лет под общественным давлением! - выборы губернаторов и сенаторов!), – дышать стало свободнее.

Почему ограничен? Потому что показал: в ответ на стотысячный митинг на Болотной легко организуется и стотысячный митинг на Поклонной, причем отнюдь не из одних статистов. Владимира Путина (что бы под этим ни подразумевалось) по-бабьи, по-рабьи, но искренне любит критически большая часть населения. То есть достаточно большая для того, чтобы, случись переворот – допустим, Путин со товарищи свержен, правителем стал Навальный – это был бы именно переворот, смена царя, но не смена матрицы, которая скоро бы вернулась к режиму, знакомому до слез (во всех смыслах). То есть к восточной автократии, загримированной под западноевропейскую демократию. Потому что путь страны одобряет не Путин, а та самая критическая масса: по крайней мере, в условиях отсутствия репрессий. Уж на что Екатерина Вторая хотела отменить рабство, однако глянула на созванную ею всесословную Комиссию, – и ограничилась «Наказом». Поняла, что ее личная Болотная проигрывает всесословной Поклонной. Признала реальность.

Вот и сейчас: митингуй не митингуй – все равно получишь прежнее соотношение сил. При котором ставшая известной благодаря телеку девочка Света из Иванова, уверенная, что это благодаря Путину все стали «более лучше одеваться», свою точку зрения не изменит.

( Read more... )

Tags: Болотная, Поклонка, Собчак

Ага: мой текст вторую неделю в тройке самых читаемых на сайте "Огоньке".

На коленях перед Канделаки // По Дмитрию Губину прошел раскол «креативного класса»Творческий класс России накануне выборов оказался не просто расколот. Стороны от раскола перешли к взаимному оплевыванию открыть материал…

В общем, это про то, что иммунитет к злобе выработан после выборных баталий у всех - в итоге злоба отскакивает от цели, попадая в злящегося.
При публикации текст для разворота был сжат до полосы.
Пора дать оригинал

НА КОЛЕНЯХ ПЕРЕД КАНДЕЛАКИ

Творческий класс России накануне выборов оказался не просто расколот. Стороны от раскола перешли к взаимному оплевыванию. Пора остановиться.

У фронтмена группы «Странные игры» Виктора Сологуба непростые времена: на него ополчились друзья. Увещевают, взывают - кто к совести, кто к разуму. Целая буря в фейсбуке.

Сологуб – динозавр русского рока. Из тех, кто играл еще в ленинградском рок-клубе на Рубинштейна.

Я с ним немного знаком, а моя жена – так хорошо знакома. Стихи француза Филиппа Лебо к песне «Солнце встает над городом Ленина» переводила именно она (Джоанна Стингрей, к слову, позже перевела их на английский).

Что случилось с Сологубом? Ничего особенно. Он сказал, что будет голосовать за Путина, - только и всего. И еще сказал, что проклятый Запад хочет Россию сгубить посредством оранжевой революции. А благодаря социальным сетям точка зрения Сологуба стала всем известна.

И все его друзья – и режиссер и клипмейкер Кальварский, и музпродюсер и светский волк Аркаша Волк, и дизайнер Дмитриев, и ресторатор Парпаров – дружно и публично призывают его одуматься. А он в ответ перепощивает тексты типа «однополярная милитаристкая машина США навязывает миру…», называет рассылку от белоленточников «какашками» и радуется, что митинг в поддержку Путина так много народу собрал.

Ситуация – совершенно невозможная до декабря 2011, до опубликования итогов выборов в думу, до протестов, до арестов и снова протестов.

Потому что до декабря считалось по умолчанию, что творческий класс, то есть те, кто работает со смыслами, они:

а) монолитны в своих взглядах на происходящее в России;

б) они против того, что происходит в России, а происходит в ней владимирпутин (в одно слово, с маленькой буквы).

То есть что все мы – такой коллективный гражданинпоэт, где Быков от пишущих, Ефремов от играющих, а Васильев от творческих управленцев.

Выяснилось – ни фига подобного.

( Read more... )

Ну, ахнул с утра.
Коля Усков рассирается в твиттере с Багировым и Минаевым, повторяя мою ошибку полумесячной давности. Усков пишет Багирову (способному - и способному на все - литератору-шаржисту, ставшему доверенным лицом Путина), что тот клоун администрации президента, а клоун в ответ обещает начистить харю.
Коля увлекся.
Коля, очнись!
И Багиров, и Минаев, они оба – щипачи-наперсточники. Багиров подваливает к жертве с унижениями и личными оскорблениями, рассчитывая на возмущение. И тут вступает элегантный Минаев, под шумок подменяющий понятия о добре и зле.

- Тебе, - говорит Минаев Ускову, - Коля, надо перестать носить костюмы с чужого плеча и в Лондон научиться летать за свой счет, тогда и поговорим о свободе. А пока что я, живущий на роялти со своих романов, свободен, а ты – нет. (Ну, и тут снова подлетает вонючий, как бомж, Багиров, вопя: «Да, хуи посвежее для сосания научись выбирать!»)

И публика рукоплещет, потому как в рамках минаевской логики как бы нечем крыть.

Как будто действительно важно, на кого ты работаешь, или важно сколько ты получаешь, и не важно совсем – что ты делаешь, какого качества твой труд и каков смысл этого труда.

И вот тут между тем, что делал доселе Усков с его образцово-джентльменским (и отнюдь не в шмоточном смысле) GQ и тем, что писал и что делал на ТВ Минаев (Багирова в этом контексте несерьезно даже не то что обсуждать - замечать) – не просто разница, но пропасть.

Говорю это, как человек, считавший себя до последнего времени состоявшим в хороших отношениях с Минаевым, - и как человек, в известной степени обиженный на GQ (Коля так и не согласился восстановить мою колонку).

Между Усковым и Минаевым разница примерно того же порядка, как между Бахтиным и Минаевым.

Это разница между шумом времени и пеной дней.

Ах, какая тут замечательная цитата попалась мне!
Вот:
"Сколько бы крови и ужаса ни приносили революции, жажда к ним неистребима: как жажда к воде, как жажда к деторождению, как жажда к Церству Божию на земле".
Итак, не прибегая к гуглу и яндексу, если сразу так, - кто? Проханов, Прилепин, Горький?
Ну, а пока раздумываете, - вот мой текст с "Росбалта", продолжение разговора (искренне сочувственного) о страхах Поклонной горы. Первый текст был о страхе революции, нынешний - о страхе развала страны. Планирую написать еще о двух страхах: страхе американского (западного) влияния (вмешательства), то бишь о макфолофобии, - и о страхе отсутствия великой идеи и плана (научного, как водится) построения счастья в РФ.
Если кому лень переходить по ссылкам - оригинал текста даю ниже. На сайте, впрочем, изрядная махаловка идет...

СТРАХИ ПОКЛОННОЙ ГОРЫ. СТРАХ ВТОРОЙ: РАЗВАЛА СТРАНА

Второй муж моей тещи Юрий Васильевич допустить не мог, что от великой страны, где он живет, отвалится хоть крошка. Ельцину в вину ставил, что «японские подлодки у наших Курил так и шмыгают, так и шмыгают». Причем между Японией и НАТО для него разницы не было – как и между Калининградом и Владивостоком. Его можно понять: сам он, кроме Ленинградской области, нигде не был, жил за счет тещи. Но поскольку допустить не мог, что баба главнее – прислонялся к стране, как к опоре.

Многие так.

Сашей Тереховым на эту тему (про сделку с империей ради личного бессмертия) написан блестящий роман «Каменный мост»; рекомендую.

Я, в отличие от Юрия Васильевича, по России поездил.

Добирался и до Хабаровска, Петропавловска, Владивостока, через месяц буду в Калининграде, но полагаю, что и там то же, что всюду, за редчайшим исключением: где нет людей – красиво, а где есть – разбитые дороги, свалки посреди лесов-полей, в городах – страшненькие пятиэтажки, мелкая россыпь по недогляду выжившей дореволюционной застройки, воткнутые посреди этого добра наглые железобетонные домины (ясное дело, элитные). И всюду – грязь, грязь, грязь. И худо даже не оттого, что грязно, а что всюду одинаково грязно и одинаково скучно. Исключений из скуки глаза – Суздаль, Петербург, отчасти Москва – но их так мало, что всего три. На действительно огромную по территории страну.

Хотя не уверен, что великую.

Великое – результат сравнения, соотнесения. Если же, скажем, современный пятимиллионный Петербург соотнести с пятимиллионной Финляндией, то обнаружится, что питерский бюджет на 2012 год (13 миллиардов долларов) в пять раз меньше бюджета финского. Про дороги, экологию, школьное образование (финское - лучшее в Евросоюзе), продолжительность и качество жизни лучше вообще помолчать. И, если не оглядываться на великое прошлое – то у кого, спрашивается, великое настоящее? А ведь были финны сто лет назад – российская провинция, карельские избы с топкой по-черному, «ливки-ливки», чухна, сельский темный, дикий народ.

И вот Империя треснула, финский кусок отвалился, - а где же, спрашивается, кошмар? Независимость Финляндии нынешним русским с северо-запада только на руку: есть где делать шопинг, безопасно и с комфортом отдыхать, и даже лететь в европейские города выгоднее через международные аэропорты Лаппеенранты, Тампере или Вантаа. Во всяком случае, пассажиропоток аэропорта в Лаппеенранте за прошлый год вырос на 90,5% (каждый второй пассажир был с российским паспортом), а пассажиропоток «Пулково» – упал на 13,5%.

( Read more... )

Ну (как говаривал генерал в "Особенностях охоты") - по порядку!
Пунктов у меня два.
1. У меня сегодня в Питере в 7 вечера выступление в книжном магазине "Все свободны" - этой Мойка, 28, 2-й двор, код на воротах 489, вход с Волынского переулка открыт. То есть от метро "Гостиный двор" - "Невский проспект" идти 7 минут нога за ногу (поворачивать можно как на Мойку, так и на Большую Конюшенную). Говорить буду о революции как о смене парадигм (трусливым: на примере "Структуры научных революций" Томаса Куна). А также об идее академика Стёпина (который философ) о замене парадигмы традиционного общества ("золотой век всегда вчера", "ты должен быть вместе со всеми") парадигмой технологического общества ("лучшее будет завтра", "ты социально мобилен и можешь выбирать, с кем тебе быть"). Хотя в целом я буду представлять свою книжку "Налог на Родину".
2. Доклад Вячеслава Стёпина я слушал на гигантском международном конгрессе Global Future 2045 - он проходил в Москве в феврале целых 5 дней. Об этом конгрессе я написал текст для "Огонька", где он и был благополучно (но сокращенно) опубликован.

Вопросительная точка // Впечатления Дмитрия Губина о футурологическом конгрессе, который пытался предугадать мир-2045Я четыре полных дня провел на футурологическом конгрессе. Назывался он Global Future 2045. И должен теперь предупредить: готовьтесь, граждане, к сингулярности! открыть материал…

Для ценителей полный версий - ниже даю оригинал. Включая оригинальный заголовок!

КУДА КРИВАЯ СНУКСА-ПАНОВА ВЫВЕЗЕТ

Я четыре полных дня провел на футурологическом конгрессе. Назывался он Global Future 2045. И должен теперь предупредить: готовьтесь, граждане, к сингулярности!

Ну, вы представляете, что такое футурология.

Лучше всего это явление описано Иосифом Бродским:

 …при слове “грядущее” из русского языка

выбегают мыши и всей оравой

отгрызают от лакомого куска

памяти, что твой сыр дырявой.

То есть я тоже считал, что футурологи – это такие безумцы, налетающие на научный грант (то есть все же не вполне безумцы), дабы, пожрав его, оставить выделение в виде брошюры с названием типа «Общая теория счастья человечества: введение в теорию».

Но после конгресса я точку зрения изменил – несмотря на то, что количество подаренных мне брошюр о грядущем счастье человечества, равно как и визитных карточек, отпечатанных на том же гектографе, что и «Искру», зашкаливало.

Дело не в том, что на самом конгрессе были представлены серьезные научные учреждения и школы, которых в пустых играх в слова (по-английски это называется дивным словом speculations) не обвинишь. И даже не в том, что впервые в Москве собрались вместе такие знаменитости, как Рэймонд Курцвейл – изобретатель планшетного сканера, систем распознавания текстов и синтезации речи, названный американским каналом PBS «одним из 16 революционеров, которые создали США». Или президент Международной ассоциации Всемирной истории Дэвид Кристиан. Или руководитель кластера космических технологий Фонда Сколково Сергей Жуков (он сам – летчик-космонавт). Или гарвардский астрофизик Эрик Чейсон. Или антрополог Акоп Назаретян из Института востоковедения РАН. Или астрофизик Александр Панов из НИИ ядерной физики (тот самый, который создал «кривую Снукса-Панова»).

А всего там было полсотни докладчиков, за полным списком которых можно заглянуть на сайт конгресса – и полтысячи слушателей, превращавшихся порой в глашатаев на «круглых столах».

Дело, товарищи дорогие, в том, почему так здорово, что все мы здесь сегодня собрались.

Вот вы, вероятно, слышали, что мощность компьютеров удваивается каждые два года. Это так называемый «закон Мура», а точнее, предположение, высказанное еще в 1965-м году основателем компании Intel Гордоном Муром. Гордон Мур первым сформулировал закон экспонентного – то есть в геометрической прогрессии – развития электронной техники, который должен внушать смутную тревогу любому, кто знаком с историей расплаты за шахматы, когда на первую клетку предлагалось положить одно пшеничное зерно, на вторую – два, на третью – четыре, на четвертую – восемь, а далее выяснялось, что во всем мире для расплаты не найдется пшеницы. Спрашивается: что произойдет, если мощность компьютеров у-двести-пятьдесят-шестерится всего через 16 лет ? А через 64 года? А что случится, когда рост мощности компьютеров упрется в физический потолок, то есть в размер молекул кремния? А возможен ли переход на квантовый компьютер? А не случится ли в ближайшее время качественный скачок, состоящий в том, что помощники человека отменят своих хозяев – ну, подобно тому, как кроманьонцы отменили неандертальцев? (А если начистоту, то кроманьонцы неандертальцев попросту перебили…)

Оглянитесь: все сегодня вокруг нас развивается столь сверхстремительно, что сомнений о переходе в информационную цивилизацию из индустриальной нет. Я, например, в конце 1980-х еще набирал тексты на компьютере Apple IIc, у которого жесткого диска не было, а операционная система загружалась с ферромагнитной дискеты объемом 256 килобайт. Но сегодня я сброшу копию этой статьи не флэшку в 32 гигабайта – и параллельно посмотрю в интернете, не упала ли цена на флэш-память в 64 гигабайта до тысячи рублей. Сегодня мой сотовый телефон куда мощнее и производительнее, чем та «большая электронно-вычислительная машина», которая, если верить фантастам моего детства, должна была «занимать всю носовую часть межгалактического корабля»!

Прониклись примерами? Готовы привести свои? А теперь постарайтесь принять следующее.

Дела на Земле обстоят куда хуже или, если угодно, серьезнее. Забудьте про закон Мура. Рэймонд Курцвейл настаивает (и доказывает), что мощность компьютеров в наши дни удваивается уже не каждые 2 года, а каждые 11 месяцев. И скорость возрастания скорости все увеличивается. Информационную революцию можно изобразить в виде кривой, которая над горизонтальной осью времени поднимается все круче и круче. И в один в один прекрасный миг эта кривая – по законам математики – должна рвануть вертикально вверх.

Эта кривая и есть, собственно, кривая Снукса-Панова, только описывает она не развитие компьютеров как частный пример, а эволюцию человечества в целом, причем, согласно кандидату физматнаук Панову,  эволюция ускоряется с коэффициентом примерно 2,7.

А точка, в которой кривая начинает идти вертикально вверх, называется точкой сингулярности, или (я упрощаю, но не слишком) переходом в такое состояние, в котором отменяются все прежние законы и правила, а прежнее развитие становится невозможным. Кстати, если смотреть на вещи в обратной последовательности, то именно из сингулярности – сверхмалой точки со сверхбольшой плотностью – и произошло все сущее, включая Вселенную, пространство и время. Так, во всяком случае, утверждает теория Big Bang, Большого Взрыва, которой сегодня придерживаются практически все физики – да и не только они.

В точке сингулярности неизбежно происходит смена графика. Либо революция и переход к новым принципам развития. Либо регрессия и затухание. Либо переход от кривой развития в горизонтальную плоскость. И это не абстрактные мудрствования. Академик Сергей Капица, например, строит демографический график роста населения Земли именно как геометрическую прогрессию. Согласно его вычислениям, точки сингулярности демографическая кривая  достигнет, когда нас на Земле будет около 11,4 миллиарда существ – после чего развитие остановится. И случится это довольно скоро, в первой половине XXI века.

Так вот: согласно кривой Снукса-Панова, и развитие человечества в целом достигнет сингулярности в первой половине XXI века. Ученые, изучающие разные проблемы, развивающиеся по этой кривой, называют разные даты, но все сходятся на одном и том же периоде плюс-минус 20 лет: 2045 год (понимаете теперь, откуда название у конгресса?)

Должен сказать, что человечество не первый раз достигает в отдельных сферах жизнедеятельности точки сингулярности.

Например, в конце XIX века в сингулярность должен был выйти рост конского навоза в городах. Люди богатели, скорости возрастали, появился общественный гужевой транспорт, лошади были нужны всем – конское дерьмище неудержимо заполняло улицы; сбрасывалось, несмотря на запреты, в каналы и реки; нас ждала гибель. А чем все кончилось? Правильно: революцией. Появлением автомобиля. Парадигма гужевого транспорта перешла из прогрессии в регрессию, зато автотранспорт стал развиваться по кривой Снукса-Панова (вначале это было незаметно, а нынче – посмотри в окно).

Еще пример, уже из наших дней: библиотеки. Число книг, брошюр, авторефератов, газет, журналов, каждый экземпляр которых издатели были обязаны отправлять в библиотеку, росло по такой экспоненте, что физически никаких хранилищ, даже «Ленинки» не хватило бы и не могло хватить (в библиотеке Ярослава Мудрого было, для примера, всего 500 томов). Библиотеки во всем мире пытались как-то эту тенденцию оседлать – в конце XX века появились микрофиши, микрофильмирование – но в итоге с появлением электронных текстов российские классические библиотеки революцию начисто проиграли и ушли в регрессию. Сегодня московская РГБ, или питерская Публичка, не говоря уж про их городских-районных братьев-сестричек – представляют собой чуланы времени, в которые ходят либо безумцы, либо несчастные диссертанты, потому что прочие люди посещают библиотеки электронные (кто идет в Lib.ru, кто скачивает библиотеку Траума, кто ищет нужные книги на «Альдебаране»). Зато библиотеки электронные развиваются сегодня именно по кривой Снукса-Панова.

Впрочем, сейчас – не о технических прогрессиях, не о математике, а о пределах развития человечества, в которые мы упремся совсем скоро.

Скажем, для антрополога очевидно, что нравственность – это всего лишь природный механизм, который позволяет человечеству развиваться без самоуничтожения: сдерживающий природную агрессию фактор. А что произойдет с нравственностью в точке сингулярности?

Или – еще вопрос – будет ли в постсингулярную эру человечество продолжать свое развитие посредством белковых тел? Или информационное 3D-нечто, на которое записана информация о нас как о личностях, будет тоже считаться человеком? А может ли одна и та же личность существовать сразу в нескольких телах (мы же ведь один файл записываем без проблем на нескольких носителях, правда?)

А что такое личность?

А что такое человек?

А что такое жизнь, смерть и бессмертие?

А если человек равен информации о нем, то на чем фиксируется эта информация и можно ли ее копировать? (Потому как квантовые состояния, например, не копируются).

Я не просто так эти(ми) вопросами задаю(сь). Еще в 1960-х американский историк науки Томас Кун в своей книге «Структура научных революций» (найдете без труда в электронных библиотеках!) высказал идею, что революция, оставляя научные термины прежними, наполняет их новым смыслом: так это, например, случилось с понятиями «времени» и «пространства» после Эйнштейна.

Вот, скажем, на конгрессе в Москве всерьез обсуждали создание аватара – небелковой копии человека, технологически превосходящей его. И отдельные элементы аватара – включая конечности или воспроизводящую мимику лицо – можно было на конгрессе не только увидеть, но и потрогать. Так вот: грядет ли нам на замену сверхчеловек? Что будет значить «человек» после прохождения точки сингуляции? Останемся ли мы людьми в новых телах? Имеет ли перспективы трансгуманизм, предполагающий развитие человечества в телах нечеловеческих?

Теория Дарвина ведь не тем потрясала основы, что вывела человека от обезьяны без посредничества высшей силы. А тем, что убрала человека из конечной цели эволюции, а саму эволюцию определяла как спонтанный процесс приспособления к внешним условиям. То есть Дарвин первым сказал, что мы – не венец всего сущего, а в некотором смысле случайный результат того, куда природная кривая вывезет.

Я пишу об этом оттого, что, прослушав полсотни докладов ученых умов, услышал вопросы, которые может задать каждый, но ответа на которые не знает никто.

Я пишу и потому, что, будучи погружены в собственные, маленькие, локальные парадигмы (например: как сменить свою иномарку на новую, не уйдя в овердрафт по выплате ипотеки? Или: следует ли голосовать против Путина, увеличивая тем шансы на появление в России автобанов, а также непропагандистских каналов телевидения? – здесь я парадигмы и схемы перевел в форму вопросов) – мы забываем о глобальных изменениях, которые могут перечеркнуть и наши глупости, и мелкие злодейства.

Что произойдет, когда машина по разуму сравняется с человеком?

Следует ли признать права человека за искусственным интеллектом или за человеческим интеллектом в искусственном теле?

Каковы будут источники энергии в мире, где кончится нефть?

Сможем ли мы передавать электричество по воздуху, а добывать его из солнечной энергии, как об этом докладывал на конгрессе академик РАЕН Дмитрий Стребков?

Есть ли квантовое объяснение тому, почему мы не можем предсказывать будущее?

Изменяет ли информационная эпоха наши представления о том, что есть жизнь и что есть смерть?

Кто после человечества?

Какие там Путин, Обама, Саркози, Навальный, Сирия, Ближний Восток, оппозиция, коллекция весна-лето 2012, айпэд, айфон!

Перед нами открылась бездна, звезд полна. Звездам числа нет, бездне дна.

Сингулярность – в каждый дом.

P.S.

Пока не забыл, вдогонку.

1. Футурологу не мешает знать, что приличная визитная карточка способствует коммуникации.

2. Если есть идеи о том, как осчастливить человечество, пишите об этом увлекательную – подчеркиваю – книгу. Например, серьезная научная Ричарда Докинза «Расширенный фенотип» (я ее сейчас читаю) начинается с завораживающей фразы «Этот труд – беззастенчивая пропаганда. Я прямо выступаю за вполне определенный взгляд на животных и растения и за определенный способ изучения того, почему они делают то, что они делают». А книга Джареда Даймонда «Коллапс» (о том, почему исчезают цивилизации) начинается с описания двух молочных ферм, одна из которых умерла, а другая – процветает. Сравните с российскими научными трудами.

3. Следующий конгресс Global Future 2045 – организованный, кстати, тем же парнем по имени Дмитрий Ицков, что придумал и движение «Россия 2045», и создание аватара, которое начиналось в союзе с «запутинцем» Константином Рыковым, после чего пошли разговоры, что это Кремль-де финансирует инвестиции в бессмертие, дабы Путин правил всегда – так вот, следующий конгресс должен пройти в 2013 году в Нью-Йорке.

4. Большую Историю (то есть историю Вселенной, начиная с Большого Взрыва) в России неплохо бы преподавать.

5. Сумасшедшие в футурологии не исчезнут, но перестанут быть заметны тогда, когда общество начнет обсуждать проблемы будущего столь же увлеченно, сколь и проблемы настоящего.